А увидела бы желание — взбесилась бы.
Наконец я сказала:
— И что мне теперь делать?
— Ты будешь питаться, а мы тебе поможем. Проследим, чтобы все было безопасно.
Наконец я посмотрела на остальных. Все лица либо нейтральны, либо — у Натэниела — опущено к кровати, будто он прячет от меня глаза. Правильно, наверное, делает.
— Ладно, но мы придумаем способ получше презервативов.
— Что ты имеешь в виду, ma petite?
— Натэниел наденет шорты, а я — свои трусики.
— Я все же думаю...
Я подняла руку, и Жан-Клод замолчал.
— Пусть наденут под одеждой, на всякий случай, но я знаю, что если скажу Натэниелу, чтобы он не... то он и не будет. — Я мрачно глянула на Джейсона.
— Я буду хорошим, — заверил он.
— Я не боюсь, что Натэниел тебя ослушается, ma petite.
Его интонация заставила меня повернуться к нему.
— А ты что имеешь в виду?
— Я боюсь, что он действительно сделает все, что ты ему скажешь.
Мы смотрели друг на друга несколько долгих мгновений. Я поняла его теперь. Он не мальчикам не верил, он не верил мне.
Я хотела бы сказать, что никогда их не попрошу, никого из них, делать со мной это, но что-то было в глазах Жан-Клода, какое-то знание, какая-то скорбь, из-за чего я промолчала.
— Насколько я потеряю самообладание? — спросила я.
— Я не знаю.
— Я устала это слышать.
— А я устал это говорить.
Тогда я спросила то, что надо было спросить:
— Так что мы будем делать?
— Наши pomme de sang принесут свою и твою одежду, и начнем.
Как бы мне ни было это поперек горла, как бы ни хотелось от всего этого отказаться, я знала, что он прав.
Я старалась не быть социопатом, чтобы не стать чудовищем. Я просто не знала, о чем говорю. Сейчас мне надо питаться людьми — похотью, правда, а не кровью и плотью, но все же питаться. Социопатия начинала казаться не таким уж злом.
Глава 18
Где-то в процессе одевания я пришла в себя. Я стояла около спинки кровати, надежно завязав халат Ашера поверх красных пижамных штанов, отвернув лицо и прижавшись лбом к спинке.
Самообладание — это был стержень той личности, которой я себя считала. Я могу это сделать, а лучше — не делать. Надо попытаться пропустить это мимо себя, потому что иначе... не могу.
Кровать шевельнулась, и от одного только ощущения лежащих на кровати мужчин у меня зачастил пульс и напряглись мышцы. Боже мой, помоги мне! Этого не может быть. Я всю жизнь боялась стать вампиром. Много раз я была близка к этому, но никогда не думала, что это будет вот так.
