Правда, как вежливо послать гостя на и в, не знал и за неимением лучших идей принялся заезжать почаще в район, где жил и работал Ормонд, надеясь подловить там меня. Бедолага так и не понял, кем мне приходится Ормонд, сочетаемым, родственником или очередным неучтённым любовником, но почему-то был твёрдо убеждён, что рано или поздно я объявлюсь в Перте. Жаль, не сообразил сразу подойти к Ормонду и узнать, где меня можно разыскать. Конечно, неделю назад я была уже отнюдь не в Ливенте, но…
В последний раз Александр не пробыл с Триной и десяти минут и из дома вылетел как ошпаренный, только его и видели.
С перепугу Райан стал крутиться возле «Короны» едва ли не по полдня кряду, основательно забив на работу, и почти решился подойти к Ормонду, но тут – хоба! – я наконец-то объявилась собственной персоной.
– Трина? – позвала я, силясь разглядеть в потёмках бледное лицо на белой подушке. – Трина, здравствуйте. Не знаю, помните ли вы меня…
Райан обошёл меня и кровать и раздвинул шторы на окне, наполнив спальню тусклым светом.
Трина медленно повернула ко мне голову.
– А, это ты, маленькая тень, – бледные, под стать лицу, губы тронула слабая тень улыбки. – Проходи, проходи…
– Как ты себя чувствуешь, мама? – осведомился Райан.
– Лучше, Райан, лучше, – Трина подняла лежащую поверх одеяла руку и вяло отмахнулась от сына. – Как хорошо, что маленькая тень пришла.
– Варвара, – напомнила я, приблизившись к кровати. – Моё имя Варвара.
– Пусть так. Иди, Райан, иди… глаза б мои его не видели, бестолочь.
Райан скривился, но вышел и дверь за собой закрыл, оставив нас втроём.
– Даровала же Мать сына, – тяжело вздохнула Трина. – И ту мать мне жаль.
– Чью мать?
– Её, – следующий взмах достался мне.
Мать Феодоры она имеет в виду? Не мою же маму, в конце-то концов.
– И её сын…
– Александр, старший брат Феодоры.
– Да, Александр. Ходит и ходит без устали, говорит и говорит без умолку, спрашивает…
– О чём?
– О тебе, маленькая тень.
– Обо мне? – я через плечо покосилась на застывшего возле двери Ормонда.
Тот едва заметно пожал плечами.
Насколько возможно судить по скупым упоминаниям Дугана, Алишан изложила членам семьи основную информацию о попаданке в тело Феодоры вообще и обо всей этой ситуации в частности, присовокупив изрядную долю собственного мнения на сей счёт. Дуган попытался узнать больше, но не преуспел, о чём бы Алишан ни умолчала, со вторым мужем матери она точно не делилась.
