Сделав шаг назад от края обрыва, я развернулся и направился к самолёту, продолжая в фоновом режиме отслеживать обстановку вокруг. Когда выходил из самолёта, то не забыл выпустить разведчика, который сейчас осматривал территорию. Кроме пары диких животных ничего он пока не нашёл.
Достав из салона контейнер для хранения стержней, я подошёл к правому мотору, закреплённому на крыле, и, открыв кожух, провёл необходимые манипуляции для изъятия поработавшего стержня. Держа его в руках, я провёл замеры тестером.
Почти половина, значит, тысячи на три километров хватит, оставляем. Поменяв стержень на свежий, я проделал то же самое с левым мотором."
"Согласно снимкам, сделанным с уничтоженного спутника, в месте, где я находился, расстояние между континентами было самым маленьким. Девять с половиной тысяч километров. Если лететь на двух моторах, то топлива хватит максимум на семь, если повезет, то на семь с половиной тысяч километров. Но если подняться на триста метров и планировать на одном до разрядки топливного стержня, после чего перейти на другой, то по всем прикидкам мне должно хватить дотянуть до противоположного берега, так как разрядка стержня при полёте на одном моторе увеличится всего на двадцать процентов.
Именно поэтому я и отказался от напарников. Хотя Дайн и настаивал, однако, выслушав мои доводы, вынужден был согласиться. С дополнительным грузом шансов преодолеть океан у меня не было.
Я уже пообедал в лагере, там была организована неплохая столовая на базе нашей медмашины, поэтому, сделав свои дела, то есть облегчившись, так как сидеть в скафе мне не хотелось, я забрался в салон и, проверив все системы, запустил моторы.
Поднявшись на привычные триста метров, я набрал крейсерскую скорость в шестьсот километров в час и отключил один из моторов. На одном лететь было немного напряжно, пришлось это делать вручную, так как такой программы для автопилота у меня не было. Через четыре часа, когда солнце давно село и лететь пришлось в полной темноте, я понял, что такая программа очень актуальна в данный момент и следующие сорок минут полёта мысленно писал её на нейросети.
После чего внедрил в комп, перезагрузил его и передал управление. Тот сразу стабилизировал полёт и снизил скорость до пятисот пятидесяти километров в час, найдя самый энергосберегающий режим на одном моторе. Не зря старался.
Пройдя в середину салона и разложив кресла в лежанку, я спокойно уснул на ней.
