Пот со лба бедняги Афанасия катился градом. Глазки бегали. Видимо, не привык он к таким расспросам о «его» делах, ой как не привык. Ну да ничего, отвечал всё равно. Куда ему деваться.
Так и узнал я, что центральное отопление и электричество в селении есть — спасибо и на том. Пусть отопление и с перебоями, а вода есть не весь день, но всё-таки уже что-то. Что в моей собственности также отрезок реки во всю ширину и длиной в полкилометра, но изменять его ландшафт — делать запруды, плотины, загрязнять воду продуктами промышленности — мне разрешено лишь с согласия собственников низовий реки.
То есть, Строгановых. Что в больнице сидит фельдшер да пара медсестер, а машина скорой помощи одна, и та вечно ломается. Что пожарных машин нет вообще. А все магазины — торговая сеть тех же Строгановых.
А еще наконец разобрался, кто платит нам основные налоги. Это, конечно, не простые местные, работающие в магазинах, больнице или на причале за гроши. Нет, это люди Строгановых. Держатель баржи, директора магазинов, патентованные Строгановыми рыболовы.
А еще — молочный заводик, притулившийся на дальнем краю поселения. То стадо, которое я поначалу принял за чей-то домашний скот, оказалось заводским. И угадать, кто скупает и перепродает всю продукцию этого завода, было также легко, как сосчитать пальцы на руках.
Конечно же, Строгановы.
— Что в этой деревне вообще «моего», Афанасий? — задумчиво спросил я, когда мы неспешно побрели домой. Спускаться к людям я не стал — первичного осмотра мне пока хватило.
— Завод, по сути, строгановский, причал, по сути, тоже, баржа их, магазины их, богачи живут — и те их."
"— Как что, Ваше Благородие? Земля эта, сама деревня Бережки как населенный пункт. Вы с этого всего налоги собираете, уплачивая лишь государеву долю. А что само производство не вам принадлежит — ну так на таком положении небольшие дворяне уже больше века живут. Это неизбежно. Крупные объемы производства требуют единого владения, единого центра, откуда производство управляется, планируется.
Да вот хоть рыбу взять. Один огромный рыбный комбинат, рассеянный на полстраны, но с единой бухгалтерией, единой системой учета, общей логистикой, огромной прибылью, позволяющей механизировать хозяйство… Такой комбинат может больше, чем миллион мелких рыбаков, чем тысяча мелких баронских промыслов. Давно уж на баронах один лишь сбор налогов висит, да и то — больше за то, что одаренных поставляют…
Афанасий вдруг сбился, опасливо глянул в мою сторону.
