И как рвалось сердце, что не может принести что-то домой, матери. Потому что нельзя. И еще знала: мать этого в жизни не попробует, устроит скандал и швырнет все ей в лицо.
Зойка смотрела на своих детей – загорелых, здоровых, сытых и нарядных. Она ждала со службы мужа – любимого и родного до спазмов в горле. Зойка уважала его стариков. Да что там уважала – любила. Зойка дружила с его сестрами и братьями, и они были ее семьей, семьей, которая всегда защитит, прикроет, встанет стеной и горой, пожалеет и обласкает.
Это теперь была ее семья. Самые близкие люди. Вот только сердце болело за мать. Днем и ночью. Тосковала, ныла душа.
А что делать? В Москву муж отпускать ее не хотел, боялся. Там – перемены, а перемены – всегда страшно. Этой стране он не очень доверял, потому что хорошо знал историю.
Про тоску по матери Зойка ему не говорила. Почему? Чего боялась? Уж не гнева мужа точно. Просто думала – человек сделал счастливой ее жизнь, жизнь ее детей.
У нее есть все, чего душа пожелает. Ни в чем отказа ей нет. Но захочет ли муж забрать ее мать насовсем? Захочет ли этого его семья? Захочет ли сама Раиса? И как у нее тут сложится? Как она ко всему привыкнет? Захочет ли быть на правах приживалки и бедной родственницы?
Сложно, все сложно. Зойка страдала, посылала матери веселые письма и, как всегда, надеялась, что все как-нибудь устаканится, рассосется, образуется. И кто-то – как всегда – примет за нее решение. Сама она это делать – увы! – не умела.
* * *Хромого поляка убили ночью в собственной квартире. Тома подошла к дому днем, в обед, и увидела милицейские машины и людей в погонах. Во дворе толпились соседи.
Надвинув на лоб шапку и натянув очки, встала сзади, чтобы послушать разговоры. Соседи жарко обсуждали это происшествие, перебивая друг друга и настаивая на своих версиях. Ясно было одно – Лео задушили, квартиру обчистили.
Тома быстрым шагом пошла со двора. Времени у нее было совсем немного.
Она собрала чемодан, деньги, драгоценности, выбежала из подъезда и поймала такси. На Курском вокзале взяла билет на поезд до Орска – это первое, что пришло на ум. Там жила дальняя родственница матери, но искать ее Тома не собиралась. Просто надо было уехать, срочно, в какую-нибудь глушь подальше от Москвы.
В Орске Тома сняла комнату в частном доме. Хозяйке сказала, что сбежала от пьяницы мужа и бесконечных побоев.
