Слуга ковылял позади, и пока мы его ждали, я принялся осматриваться по сторонам…
Фасад дома был ободран, местами виднелись пятна плесени и глиняные ""заплатки"", которыми заделывали дыры в разрушенной стене. Оконные рамы и стекла выглядели так, словно их не мыли лет пять. Газон зарос сорняком, а на деревьях наблюдались сухие ветки, угрожающе раскачиваясь из стороны в сторону…
«Дом ужасов какой-то… – мысленно передернулся от омерзения. – И как только Элис здесь жила?»
– Я разбужу госпожу, – поклонился подошедший мужчина.
– Входите, пожалуйста. Гостиная полностью в вашем распоряжении.
Он хотел сказать что-то еще, но передумал, удаляясь по коридору.
Разглядывая потертые, местами оторванные обои, застиранные шторы и выцветшую мебель возникло желание покинуть это место как можно скорее.
«Элис… Ты не вернешься сюда! Тебе не место в этом гадюшнике!»
Отец сохранял непроницаемое выражение лица, и даже когда прошло почти полчаса нашего ожидания, он так и продолжал молчаливо стоять возле окна, разглядывая запущенный во всех смыслах слова сад.
Меня подмывало возмутиться невежеством баронессы, но я сохранял тишину, следуя совету отца.
– Прошу простить за столь длительное ожидание, ваша светлость! – донеслось взволнованное от межкомнатных дверей.
Я сместил недобрый взгляд, едва заметно поворачивая голову и наблюдая тетку Элис… Волосы наспех завязаны в пучок, на дряблой щеке отпечаток подушки, лицо размалевано так, словно она главная достопримечательность комнаты страха, зато наряжена далеко в не дешевое платье и на каждый палец нанизан перстень.
Уши, как и шея, тоже не остались без внимания дорогостоящих побрякушек, купленных на деньги моей Элис, доставшиеся ей от родителей…
«Вот же… – стиснул я зубы, с первых мгновений презирая стоявшую передо мной баронессу. – Что? Хотела предстать во всей красе? Так знай же, ты то еще пугало!»
– Прошу простить, что мы без предупреждения, – склонил голову отец.
Всегда поражался его стойкости и хладнокровию.
Он в любой ситуации умел держать лицо, и мне следовало научиться тому же.
– Ну что вы, – отмахнулась баронесса, быстро моргая.
«Нервничаешь? – смотрел на нее не отрываясь. – Правильно! Тем более есть из-за чего!»
– Может, чаю? – спросила она.
– Нет, благодарю, – отец повернулся корпусом, расправляя плечи. – Мы буквально на пару минут.
– Хорошо, – нервно улыбалась тетка Элис, не решаясь подходить ближе.
