– Затем, что вы уже достаточно замарали доброе имя этой девушки своим присутствием в ее жизни!
– Но… но она несовершеннолетняя… Так нельзя…
– Об этом не стоит переживать, – ледяным тоном перебил ее родитель. – Я найду ей достойного опекуна! А теперь, если вы не против, поведайте нам всю правду, которая, к слову, нам и так известна!
38. Еще не все потеряно
Элис
Отис и Эрика не отходили от меня ни на шаг. Огневик был как хищник, готовый откусить голову каждому, кто смотрел в сторону нашей троицы, да только это было излишне, потому что я и сама могла дать достойный отпор, ведь магия текла по венам, напитываясь отрицательными эмоциями.
Подруга забалтывала разговорами и у нее получалось раз за разом вырывать меня из тяжких и горестных дум. Правда, ненадолго, ведь спустя несколько секунд мысли о Лиене и помолвке со старым бароном вновь накатывали, едва ли не сшибая с ног.
Отчаяние… Оно окутывало все сильнее, ведь я понимала – тетя не отступит и договориться с ней не удастся.
«Тогда я сбегу! – внезапно во мне всколыхнулась агрессия.
– Уж лучше скитаться по свету, чем смириться с уготованной ненавистной родственницей участью!»
Да, прекрасно понимала, какие последствия будут после моего побега – семья барона и баронессы Ди Море опозорится, но я не испытывала угрызений совести от этого. Смысл волноваться за тех, кто считает тебя куском дерьма? Все эти годы они наказывали меня за то, что я родилась в любящей и дружной семье, что отец души во мне не чаял, а матушка всегда была рядом, поддерживая и помогая, но разве это плохо? Тетя и ее пышнотелая дочь Жюстина сходили с ума от зависти, ведь они понимали – им никогда не испытать даже близко похожего.
Беспокоило только одно – если я пущусь в бега, то лишусь Лиена, ведь не осмелюсь взять мага огня с собой, потому что подтолкну его к потере статуса, титула и всех привилегий, данных ему семьей от рождения. С моей стороны это было бы нечестно и подло по отношению к любимому, обрекать его на вечные скитания и бедность…
«Боги… – хотелось взвыть в голос, – но почему? Почему жизнь не может быть простой? Почему любовь вместо радости и чувства окрыленности обрушивает на голову столько мучений? Я спасусь от старого развратника, но потеряю того, кто для меня дороже всего на свете…»
– Элис? – подруга стиснула мою ладонь, выдергивая из мучительных размышлений, от которых сердце больно сжалось.
– М? – подняла на нее печальный взгляд, замечая тревогу на лице воздушницы.
