Привезет назад в Эрменлейв и через некоторое время пошлет еще один запрос. Рано или поздно проклятые нелюди вынуждены будут с ними встретиться, а до тех пор Мэарин останется рядом. Пусть просто в одном доме, в соседней комнате. Это лучше, чем ничего.
Он не стал извиняться за свое поведение. Какого Птарха? Он ни на миг не пожалел о том поцелуе. И если бы довелось вернуться — сделал бы то же самое не задумываясь.
«Миледи… Вы забыли попрощаться».
Он собирался задержать ее, просто задержать… хоть ненадолго. Но коснулся ее руки — и провалился в бездонную пропасть.
Этот поцелуй был не похож на предыдущий. Он словно выжег в его душе клеймо. Вечное клеймо принадлежности этой женщине. Как жаль, что Мири не почувствовала того же. И все же, когда он с трудом заставил себя оторваться от нее, в голове набатом стучало ликующее: «Она ответила… Ответила!.. Не знаю, почему… не хочу знать, но она ответила».
Именно тогда морозное чувство тревоги впервые вползло в душу. Нельзя отпускать ее, нельзя оставлять. Но король ждал, и Саллер все-таки ушел.
Беседа с его величеством, переход стационарным порталом до ближайшего к Древней обители пункта, возвращение к жрецам и, наконец, встреча с ними…
Мгновения подобно воде утекали сквозь пальцы, а он не мог этому помешать. Не мог замедлить время. Он увел из Эрменлейва всю свою группу. Не только Вильма и его людей, но даже Дильфора. Таковы правила — сопровождать монарха обязано полное боевое крыло истинных.
«Дом и парк надежно защищены от вторжения и выдержат многомесячную осаду, — твердил он себе.
— В имении осталась охрана, несколько подмастерьев-лекарей. То, что его не будет всего несколько дней, не беда».
«Беда… беда…» — стучали в ответ копыта Хеста.
Слава Танбору, хэлле приняли их сразу."
"— Сильнейшие давно забыли, что такое хэленни. Подобное еще можно простить. У людей, к сожалению, короткая память, они легко предают забвению уроки, которые преподносит им жизнь. Но вы пренебрегли главнейшим правилом, а это неприемлемо. — Жрецы выглядели как никогда собранно и сурово.
— За право назвать хэлэнни своей допустимо воевать, убивать, предавать, обманывать. Но принуждать ту, что хранит в себе дар бога, нельзя. Танбор в милости своей обезопасил избранную. Чтобы зачать и выносить столь желанного наследника, хэленни должна не просто добровольно взойти на брачное ложе, а желать своего мужчину. Его величеству королю Намарры запрещается покушаться на жизнь графа Ольеса и пытаться силой отнять у него жену. Хэленни сделала выбор.
