— На руке просто царапина. — Она смотрит на меня недовольно. — Глубокая. Ладно. Очень глубокая. От этого не умирают. Перевязка дважды в день — вот и весь уход. А синяк сам рассосётся. В магазин придётся заехать, Луковка. Дома нет абсолютно никаких продуктов.
Она осматривается по сторонам.
— Майор, значит? Это очень высокий уровень? Или как правильно?.. Ты всегда влезаешь в опасные дела? Я же теперь буду волноваться! Поверить не могу, ты так себя ведёшь, словно не в тебя стреляли несколько часов назад!
Лукерья резко замолкает, жалобно всхлипывает и начинает плакать.
Я вздыхаю и притягиваю её ближе к себе. Целую макушку. Пытаюсь подобрать какие-то правильные слова, если таковые вообще существуют в нашей непростой ситуации.
— Всё хорошо, Луковка. Всё обязательно будет хорошо. Это несправедливо, что столько всего свалилось на тебя в столь короткий срок, но всё разрешится…
— Денис, я так испугалась за тебя! — Она словно и не слышит меня. — Обещай мне, что больше никогда не полезешь под пули! Обещай, Денис!
Её губы совсем рядом с моими.
Она всегда так делает, когда хочет чего-то добиться. Но я должен знать, что она осознаёт всё, что случилось и происходит между нами.
— Ты же понимаешь, что по долгу службы я могу не сдержать обещание?
— Обещай, — упрямо хнычет она, — тогда ты сдержишь слово!
— Меня убивает твоя святая убеждённость! — Признаюсь я после короткого размышления.
— Разве я не могу тебе доверять? Разве ты не сдержал слово — хоть одно, которое мне дал? — Усмехается она. — Ты сказал, что я — твоя жена, что всё по-настоящему, что ты — не мошенник и не аферист, что куда бы не привела эта дорога, ты останешься со мной, а всё между нами — останется настоящим.
Так и есть. Ты сказал, что сможешь меня спасти и позаботиться обо мне, сможешь защитить меня, — и ты можешь, и ты сделал это. Ты обещал, что мы будем вместе вне зависимости от исхода, Денис. Ты обещал, что мы поедем в отпуск, когда всё закончится.
- А ты обещала, что останешься со мной при любом раскладе, — припоминаю я один из наших разговоров, и она медленно кивает.
— Я же не дура, Денис. Я чувствовала, что что-то происходит, хотя и не могла понять, что именно. Да и во внезапную амнезию мне верилось слабо. Но я всегда знала, что могу тебе доверять. Я прекрасно помню, что ты никогда не обещал, что мне не будет больно, что моё сердце останется целым, но я могу с этим справиться. С тобой — могу. А без тебя — больше не хочу.
— Я никогда не играл твоими чувствами, Лукерья.
