– Погоди, мы же на охоту за мутантом пошли?
– Точно так, батько, за мутантом, – озираясь, подтвердил телохранитель. – А Тамара Шалвовна была в качестве приманки. Но потом ты захотел выпить с ней на брудершафт. И она захотела…
– Ну-ну! Дальше-то что?
– Выпили. И ты сразу потребовал стог сена. А она говорит: мы еще поваляемся в стогу, сначала хочу прелюдию.
– Чего?
– Вступление, так сказать, – нетерпеливо объяснил Геббельс. – Сказала, мол, у нее высшее сексуальное образование, заочное отделение. И она не хочет, чтоб сразу в стог.
– Мы же должны были ловить мутанта! На живца!
– Должны были… Но ты, батько, захотел показать живцу настоящую козачью прелюдию. И это ей понравилось. Мы взяли тачку и поехали в Теткино, в кабак. Гуменник потряс головой:
– Кабак я помню… Ну?
– Вы с Тамарой Шалвовной плясали гопака. А какому-то москалю не понравилось.
– Это он меня ударил? Ты почему не контролировал ситуацию?"
"– Не он, батько, наоборот. Ты москаля отходил стеком. И стал требовать свою саблюку.
– Зарубить хотел?
– Нет, на Москву собирался идти, рубать москалей. – Лях достал из сена оброненный стек и бинокль. – Идем, батько, светает. Вон уже петухи орут…
– И что, пошел на Москву?
– Мы с Тамарой тебя удержали. Но ей это понравилось, сказала: какой темпераментный козак! – Телохранитель поставил Гуменника на ноги. – Все, батько, пора ! По дороге расскажу!
Взял его под руку и чуть ли не насильно повел в сторону села. Батько обшарил себя и остановился:
– Погоди… Где мой шмайсер?
– Ты его подарил, батько, Тамаре Шалвовне.
– Лях потянул его за собой. – Ей очень твой автомат понравился. Помнишь, как вы с ней стреляли по козлам?
– По каким… козлам? По москалям?
– Нет, там стадо паслось. Это когда мы мутанта на живца…
– Надо было назад забрать. Не контролировал…
– Контролировал, батько! Каждый твой шаг, по инструкции… Но она не отдала шмайсер.
– Мы теперь оказались безоружными, – должно быть трезвея, заключил Гуменник. – На территории чужого государства… Должен отметить – весьма недружелюбного.
Хоть сейчас гляди в оба!
– Гляжу, батько! Рано еще, народу никого, проскочим…
– Не хочу пешком. Свяжись с Сильвой, пускай машину шлет.
– Ты же велел мобилу подарить, батько!
– Кому?
– Тамаре Шалвовне!
Гуменник недовольно боднул головой воздух:
– Еще и без связи остались… Лях, я тебя уволю!
– Сам же сказал: запорожские козаки щедрые! Им для женщины ничего не жалко… Ты же хотел настоящую прелюдию показать Тамаре Шалвовне.
