"
"— Прошу прощения, сэр, куда мы пойдем? Вы проложили курс?
— Курс будет готов очень скоро, — мрачно пообещал Хэл. С тех пор как исчез Дориан, никто не видел улыбки капитана. — Выведите пленных на палубу.
Пленных арабов вывели из бака, одетых только в набедренные повязки, с кандалами на ногах.
Линия оборванных фигур, звеня цепями, прошла на нос и остановилась: пленники моргали на ярком солнце.
Не обращая на них внимания, Хэл прошел к планширю. Посмотрел в воду. Такая чистая, что видно, как по песчаному дну ползают морские огурцы; вокруг корпуса „Серафима“ собрались косяки мелкой рыбы.
Неожиданно из-под корабля показался темный силуэт, длиной со шлюпку и такой же по ширине. Спину чудовища покрывали темные волнистые линии, страшный хвост вилял в медленном ритме.
„Серафим“ простоял на одном месте достаточно долго, чтобы испражнения и кухонные отбросы привлекли из глубин за рифами тигровых акул. Глядя, как акула переворачивается и исчезает под кораблем, Хэл почувствовал, как по спине у него пробежал холодок.
Тигровая акула является в кошмарных снах всем морякам, плавающим в тропических водах.
Хэл отвернулся от борта и медленно прошел вдоль ряда пленных.
Его горе нашло наконец точку приложения.
Хэлу потребовалась вся сила воли, чтобы сдерживать свой гнев; он бесстрастно всматривался в лица пиратов. Рашид стоял в самом конце ряда. Грязная окровавленная тряпка закрывала раненое ухо. Хэл остановился перед ним.
— Каково наказание за пиратство? — спокойно спросил он у Рашида, держа себя в руках. — Что говорит Коран об убийцах и насильниках? Объясни мне закон шариата.
Разъясни закон ислама.
Рашид не мог смотреть ему в глаза. Он дрожал, словно в лихорадке, пот тек по его щекам и капал с подбородка.
Он уже знал, каким безжалостным может быть франкский морской дьявол, стоящий перед ним.
— Разве пророк не говорил о том, какова должна быть судьба убийцы? Разве не отдает он убийцу в руки отца жертвы? — спрашивал Хэл. — Разве не призывает он не проявлять милосердия к тем, у кого на руках кровь невинных?
Рашид упал на колени и попытался поцеловать Хэлу ноги.
— Милосердия, могущественный господин! Отдаю свою недостойную душу в твои руки.
Хэл отпихнул его, как щенка, и прошел вдоль ряда пленных обратно.
— Пророк говорит нам, что кара за убийство — смерть. Вы все убийцы, морские разбойники, застигнутые с кровью на руках на месте преступления. Я слуга английского короля, который поручил мне избавить эти моря от таких отбросов.
Хэл повернулся к Неду Тайлеру.
