Околдованные ведьмами, наши братья и сестры убивали невинных, бросив тень на всех, кто носит белый плащ. И я хочу это исправить.
– Решил мечом загнать неверующих в храмы? – хмыкнула Варна. – В вашем духе."
"– Тут ты ошибаешься, охотница. Как новый глава Святого Полка я хочу вернуть веру в сердца тех, кто разочаровался в ней. Хочу доказать людям, что Светозарные продолжат защищать их от нечисти и прочей погани, несмотря на все, что произошло. Если слухи не врут, к тебе, Святослав, снисходит Святое Пламя. Ты отмечен Богом.
– Я не знаю, кем отмечен, – резко бросил охотник. – И узнавать не собираюсь.
– Ближе к делу, – потребовала Варна. – Я весь день в седле провела не для того, чтобы слушать, кого и чем отметил ваш Бог.
– Он отметил еще одного человека. – Радимир повернулся к Владлену. – Его.
В уцелевшем глазу Варны появилось узнавание. Она прищурилась и спросила:
– Ты-то как здесь оказался?
– Долгая история, – пробормотал Владлен, стушевавшись.
– Гляжу, одежды на тебе светлые, – хмыкнула охотница.
– Кто-то черное надевает, – Владлен указал на ее хмурого спутника, – кто-то белое. Все по справедливости.
– Мы собираемся начать большую охоту, – громко сказал Радимир. – Много лет назад наши братья и сестры загнали ведьм в Черную Падь и подарили безымянным землям годы покоя. То, что случилось по весне, – событие небывалое и ужасное! Много людей полегло, простых людей, не только воинов и охотников! Мы должны объединить наши силы и повторить подвиг предшественников!
Из толпы донеслись одобрительные возгласы.
Лебедь, стоявший рядом, зябко повел плечом. У самого Владлена тряслись поджилки – так неуютно ему было под взглядами охотников в черном.
– И обратить людей в вашу веру? – громко спросила Варна, перекрыв голоса Светозарных. – Крушить идолов рода бок о бок со Светозарными? Сжигать древние рощи? К этому ты нас призываешь?
– Нет. – Седые брови Радимира сошлись над переносицей. – Пока я стою во главе Светозарных, это никогда не повторится. Довольно кровопролития, довольно попирания одних в угоду другим! Моя жена по сей день оставляет домовому плошку с молоком, моя мать…
– Красивые истории себе оставь, – перебила Варна.
– Если мы и согласимся помочь тебе, то лишь затем, чтобы ведьмовскую погань уничтожить, – зло сказал Святослав. – Можешь других завлекать байками, а нам до них дела нет. В одном ты прав: случившееся безобразно и отвратительно, с какой стороны ни взгляни. С ведьмами у нас свои счеты, и мы хотим свести их.
