– Мы привели новую сестру, – начала она, – молодую, неопытную. Ничего не умеет, только со зверями дружбу водить. Ее зовут Ярина. Придется научить ее нашему делу."
"– Доверяешь ей? – спросила седовласая женщина с цепким взглядом.
– Нет, – ответила Чеслава. – Но и каждой из вас я когда-то не доверяла. С тобой, Голуба, мы ведь и вовсе друг друга чуть не потравили.
Седовласая ведьма хрипло рассмеялась, светлые, выцветшие глаза сверкнули.
– Было дело, отрицать не стану.
– А веточка у нее уже есть? – вкрадчиво спросила девица, которая шла рядом с Яриной.
– Мы пока не научили ее грудины отворять, всё тянули с этим. – Чеслава неодобрительно посмотрела на Душицу. – Но дальше откладывать некуда. В Яриловом граде обереги появились. Похоже, кто-то рассказал царю, как с нами бороться.
Ведьмы зашептались, кто-то громко цыкнул. Ярина присела на корточки, прижалась спиной к стене. Черт устроился рядом, прямо на полу, и без интереса слушал колдушек, вертя в пальцах травинку.
– И что теперь делать будем? – спросила Голуба.
– Они под пороги-то золы насыпали, а вот про окна забыли, – ответила Чеслава. – Кто умеет дымом обращаться, все еще через трубу проскользнуть в дом может.
– Долго еще ждать-то? – спросила хмурая девица. – Сколько в том городе здоровых осталось? Навели бы порчу, давно бы все померли.
– Сама знаешь, от мертвых нам толку нет, – бросила Душица.
– Не просто так я вас грудины отворять научила, бестолковые, – разочарованно сказала Чеслава. – Любая дура может убить человека, а вот силу его жизненную забрать – только мы.
Да, подождать придется, зато не помрете через десяток лет.
Ярина ничего не понимала, но слушала внимательно.
– Уходи, пока можешь, – вдруг шепнул черт. – Коль научит она тебя, уже не отпустит.
– Чему научит? – тихо спросила Ярина.
– Своему колдовству. Твоя бабка простой ведьмой была, а эта, – черт на Чеславу указал, – вештица.
– Ты откуда знаешь?
– Чую. Она старая, сильная и проклятая. И всех баб, которые здесь собрались, она проклятием своим одарила. Не принимай от нее ничего, а лучше беги отсюда.
Ему легко говорить! Сам-то может в кого угодно обратиться, где угодно жить, а ей скитаться придется по деревням и селам, искать место, где примут и ее, и Бурую. И что-то подсказывало Ярине: не во всяком городке ее с распростертыми объятиями ждут. В лучшем случае снова попробуют камнями забить, в худшем – подожгут дом вместе с ней.
– Подойди-ка!
Ярина вскинула голову, увидела, что все лица к ней обращены, а Голуба руку протягивает.
