То ли по пьяни на вечеринке с сокурсником, то ли с каким-то преподавателем-профессором. Пыталась скрыть, как-то уладить. Но Гарик узнал. И как мы поняли, не смог это пережить. Или не хотел с этим жить. Потому что и с ней уже не мог, и без неё — не мог.
— А как её зовут, ты знаешь? — нахмурилась я.
Это были плохие новости. Очень плохие. Я, конечно, не спец в психологии, но попытка суицида — это как первый раз попробовать наркотики. Потом тянет «ещё». Или, говоря научным языком: существует высокая вероятность повторной попытки.
— Я — нет, — покачала головой Марина.
— Вадик? — повернулась я. Тот ковырял пальцем диван с таким видом, словно он рассказал бы другую историю, но спорить не стал. — Ва-а-а-дик!
— Кристин, — скривился Вадим. — Что тебе это даст?
— Ну, Ва-а-дичка, — сделав брови домиков, сложила я руки умоляя. — Мне, правда, надо.
— Аня, — выдохнул он. — Её зовут Аня. Анна Ясницкая.
— А где она училась?
— Она и сейчас там учится. Как раз идут выпускные экзамены, защита дипломов. Наши в универе на прошлой неделе снимали репортаж, посвящённый году зоологии.
Брали интервью у декана, ректора, студентов, фотографировали каких-то улиток. И она там была, рассказывала о своей дипломной работе. Хотела подойти. Может, спросить, как Гарик, не знаю. Мне было некогда, опаздывали на следующую съёмку, поэтому я только поздоровался, и мы потащили аппаратуру.
— Ты же технический специалист, — удивилась я. — Я думала, ты в студии сидишь, обеспечиваешь телерадиокомпании эфиры.
— И в студии, и не в студии, — махнул Вадим.
— Всяко бывает. Зачем тебе его бывшая подружка? — скривился он и покачал головой, словно это ничего не даст.
— Долгая история, Вадим. Но если вкратце: потому что я добрая сострадательная девочка. Я понимаю, что Гарик нам всем родной, и мы за него переживаем. Но кажется, ему нужна девушка. Настоящая девушка, а не то, что он за неё выдаёт. А мне надо искать другую квартиру, — выдохнула я. — Иначе мы с ним поубиваем друг друга.
— Кажется, вам надо перестать уже изводить друг друга, — покачал головой Вадим.
— Нет, — предвосхитила я его слова.
— Да, Крис, и быть вместе, — уверенно подытожил мой старший брат и встал, давая понять, что разговор окончен, а приговор обжалованию не подлежит. — Ты его любишь. Всегда любила. А он любит тебя. Прости уже его, наконец.
Я обессиленно откинулась к спинке. Проклятье! Как будто колдуна не хрен послала — как сговорились все. Ну как объяснить-то, что не будет Гарик со мной счастлив.
Да, любила.
