Они ведь лучше знают, как все происходило в Западной Европе двенадцатого века, потому что, в отличие от меня, были здесь, всё видели, слышали и даже трогали руками. Да и привыкли писать о национальных «святынях» с предельной объективностью."
"В первых числах марте я начал снаряжать шхуну для длительного плавания. Нанял команду. Набирал только одиноких, кто не успел пустить корни на берегу. У них был шанс не вернуться из этого рейса. Поэтому положил им хорошую зарплату и выдал аванс в размере двухмесячного оклада. Пусть гульнут напоследок.
Своим родственникам, друзьям и королю Афонсу сказал, что хочу посетить Иерусалим, покаяться в грехах. Ни у кого такой повод для путешествия не вызвал удивления. В двенадцатом веке многие шлялись по миру от одной святыни к другой. Это был самый простой способ прослыть святым или, как минимум, превратиться в безгрешного.
Перед отплытием я немного переиначил завещание. Младшему сыну отдал еще и земли на правом берегу Мондегу, приданное Беатрис. Алехандру взамен достались доходы от Алкасера и земли в том районе, что было намного больше.
Среднему отошло еще и отобранное у графа Фернана де Меланда и полученное в тех краях от короля Афонсу. Посоветовал Латифе женить Саншу, когда он вырастет, на дочери графа Фернана, чтобы у потомков Меланда не было даже повода отвоевывать их. Мое завещание вступало в силу через три года, если к тому времени не вернусь или не дам весточку.
В рейс вышли в воскресенье, отслужив молебен в соборе, недавно построенном на месте бывшей главной мечети города.
Считалось грешно отправляться в рейс до Пасхи, но, поскольку мы плыли в святое место, никто не осуждал. Наоборот, проводить вышел чуть ли ни весь Лиссабон. Правда, других зрелищ в городе в тот день все равно не было. Дул свежий северо-западный ветер, который затруднил нам выход из «Соломенного моря», но позже, когда мы легли на курс зюйд, бодро погнал шхуну к проливу Гибралтар. Насидевшись на берегу, я с восторгом вдыхал солоноватый океанский воздух. Хлопки парусов, гудение рангоута, поскрипывание судового набора делали меня счастливым.
Плыву – значит, существую!
Гибралтар проскочили без проблем. Видели несколько парусно-гребных суденышек, то ли рыбацких, то ли пиратских. Они на нас не нападали, мы на них тоже. По западной части Средиземного моря шли на приличном удалении от берега, поэтому не встретили ни одного судна. Только у острова Сардиния «зацепились» за берег. Я определил место судна, чтобы выйти в Тунисский пролив ближе к Сицилии.
