Хотя какая разница, которая из дорог привела тебя Рим? Все одно любая из них именно туда и ведет."
"Встреча со мной должна состояться на следующее утро в базилике святой Барбары. Но в базилике так много людей, что я начинаю сомневаться – вдруг они не ко мне пришли. Несколько раз переспрашиваю у Клаудии – они точно не перепутали автора? Она гладит меня по руке – ну чего ты? Что поделаешь, до сих пор не могу привыкнуть к тому, что меня читают.
Вопрос из зала, невероятно красивая итальянка в возрасте:
– Я просто влюбилась в вашего Василия! Неужели все армянские мужчины такие?
Несколько секунд во мне борются армянское бахвальство и армянское же самоуничижение.
Побеждает благоразумие:
– Не все, – отвечаю я.
Женщина горько вздыхает.
Не верьте писателям, они большие фантазеры. И счастливые, на самом деле, люди, потому что создатель им сразу выписал индульгенцию на выдумку: мол, привирайте, так и быть, вам можно. Пользуюсь этим бессовестно, иногда даже перестараюсь – придумаю персонажа, в которого поверю так, что сама влюбляюсь.
Помню, в одну из своих поездок, не хочу называть страны, чтобы не обижать никого, молодая пара принялась рассказывать, что побывала недавно в Армении.
– Особенно понравилось исполнение духовных песен а капелла в храме Гегард. И хачкары. Остальное, – здесь они замялись, – интересно, конечно, но ничего особенного.
– Можно я задам вопрос? – перехватила тогда инициативу я. – Зачем вам ездить в другие страны? Чтобы убедиться в несовершенстве чужой культуры?
– Нет-нет!
Они мгновенно перепугались, потому что решили, что я обижаюсь.
Но я совсем о другом хотела сказать.
– Или чтобы убедиться в том, что и в кажущемся на первый взгляд несовершенстве есть своя красота? – продолжила я.
Зал на мгновение затих, следом проснулся понимающим гулом.
Мир состоит исключительно из красоты, и для того чтобы ее увидеть, достаточно этого просто захотеть.
Вернемся к моим любимым итальянцам. Они – большие мастера интонационного разговора. Одно и то же приветствие у них звучит совершенно по-разному, казалось бы, в абсолютно идентичных ситуациях.
Раннее утро. Вклиниваясь в густой птичий щебет, звонят колокола, созывая прихожан к службе. Воздух пропитан ароматом сладкого пирога сбризолона и кофе. Кажется, можно насытиться, вдохнув его полной грудью. Несколько женщин, сбившись в кучку, оживленно что-то обсуждают.
– Вuongiorno! – приветствует их игриво-самодовольным тоном проходящий мимо мужчина.
Разговор на секунду затихает.
