Но в первую очередь я хочу всё обсудить с Димкой. Мне нужно знать, как действовать.
– И для этого тебе необходим адвокат! Почему вам всем необходимы юристы для решения жизненных проблем?
– Тебе он тоже необходим. Иначе бы ты не оказалась в тупике. Если бы заранее продумала подобный исход.
– Мне в голову такой исход придти не мог.
– Конечно. – Иван дерзко улыбнулся. – Ты ведь подумать не могла, что снова окажешься рядом со мной. Кошмар вернулся в твою жизнь.
Лана сверлила его взглядом.
– Ты всегда говоришь, что я виновата в наших ссорах.
Но это совсем не так. Ты меня подначиваешь. И дразнишь.
– Дразню? – Слово заинтересовало, и Иван, позабыв о серьёзности разговора, приподнял одну бровь. – И чем я тебя дразню?
Вдруг припомнилась вчерашняя ночь, и стало жутко неловко. Лана отвернулась, попыталась выглядеть независимо и отстранённо. А Иван над ней откровенно посмеивался. А когда поднялся с кресла, намеренно прошёл мимо Ланы, и коснулся рукой её спины. А ей сказал:
– Это просто жизнь. Ничему тебя Москва не научила.
Всё ты врёшь.
12
Её поведение было неправильным. И дело не в том, что происходило в её жизни, Лана винила себя за то, что снова подпустила бывшего мужа настолько близко к себе. Он единственный никогда не спрашивал, просто брал, пристраивался совсем рядом с её душой, в уютном уголке, и делал там всё, что ему заблагорассудится. Нашёптывал, учил, направлял в нужную ему сторону. Он единственный, кого она не гнала. Просто не могла, не умела сопротивляться. Правда, за прошедшие годы позабыла об этом, или поверила в то, что повзрослела и власти никакой Иван Сизых над ней больше не имеет.
Это же была первая, почти детская влюблённость, а она уже давно не девочка, она временами любила подумать о том, насколько стала мудрой и взрослой. А как только вновь оказалась рядом с ним, выяснилось, что всё это её фантазии, и ничего больше. И разум, и осторожность отключались, как Иван руку протягивал.
Лана проснулась ни свет, ни заря. День рождения, ужасный день перехода на новую линию жизни, закончился, она проснулась, когда за окном только светать начало, и долго лежала, слушая мужское дыхание рядом.
Время от времени поворачивала голову и смотрела на Ивана, на его силуэт в рассветных сумерках. Взгляд скользил по волосам, по изгибу шеи, по широкой линии плеч, и Лана старательно прислушивалась к себе в эти моменты. Рада ли она, что находится с ним? Взволнована ли? Или наоборот, раздосадована? Но ей никак не удавалось поймать ни одной эмоции.
