Я сам здесь не хаживал, только по батяниным рассказам помню. Он лесорубом работал.
— А за озером?
Ваня расширил глаза:
— Не знаю, но там леса на много вёрст.
Он сыпал слова горохом, прерываясь, чтобы шумно набрать в себя воздух. Нервничая, он то хватал за рукав Сергея, то клал дрожащие руки себе на колени.
Ненашев тем временем деловито осматривал кабину. Проверив автомат с полным рожком патронов, довольно хмыкнул:
— Не дрейфь, мужики, оружие есть, будем отстреливаться. О, и гранаты!
Он вытащил из ящичка несколько немецких гранат-колотушек, по одной раздал Сергею и Ване, а остальные сунул себе за пазуху.
Машина шла неровно, качая бортами. Сергей подумал, что немецкий грузовик здесь бы не прошёл. Если только танк. Но не будут же фашисты посылать за ними танк. Мысли неслись с бешеной скоростью. Он попытался высчитать, когда пустят погоню. Пока дойдут до лагеря и догонят туда пленных, пока доложат по инстанции, пока вышлют карателей… Получалась фора не меньше часа.
Заметив лёгкую пену снежинок на лобовом стекле, Сергей едва не вскрикнул от радости:
— Смотрите, снег! Засыплет колею — найти нас будет трудно.
На Ванином лице проскользнула улыбка. Он до крови накусал губы, и в трещинке застыла капля крови.
Вместе со снегопадом стала подступать ноябрьская темнота. Ради маскировки Сергей не стал зажигать фары, да и топливо надо поэкономить. Бог знает, сколько доведётся проехать.
Пару раз всем троим приходилось выходить и протаптывать в снегу колею. От спешки и напряжения узлом стягивало мышцы спины.
Лесная тишина казалась опасной, а каждый шорох — взрывом гранаты.
Замаячивший вдали берег озера удалось опознать по зарослям камышей, вмёрзших в лёд тёмными факелами.
Ваня вскинул голову, и в его голосе прорезалось отчаяние:
— Всё, приехали?
Ненашев взял автомат:
— Дальше пёхом.
Сергей остановил их:
— Сидеть! Поедем по льду.
Тонкая корка прибрежного льда хрустнула под колёсами яичной скорлупой. Натужная дрожь от двигателя стучала Сергею в кончики пальцев.
Не поворачивая головы, он приказал:
— Откройте дверцу, чтобы успеть выпрыгнуть.
Заученным жестом, повторённым тысячу тысяч раз, он нажал на ручку двери. В кабину ворвался холодный ветер. Сергей поймал его губами и засмеялся:
— Свершилось, братцы! Утекли! Как вода в песок утекли!"
"У него над ухом робко хохотнул Ваня. Он как будто опасался испугать спорхнувшую в руки удачу. Подхватывая общее веселье, раскатисто залился Ненашев.
