Он, старейшина, и без того слишком долго играл в прятки с судьбой. А началась эта игра много лет назад, когда его род не сумел уберечь завещанную от предков святыню. До них доходили вести о том, что отнятое не принесло счастья и тому, кто им завладел, но маленькому племени от этого было не легче. Зверь покидал ловища, год от году скудели огороды и лоскутки отвоёванных у леса полей, а былые друзья-соседи постепенно начинали смотреть с недобрым, хищным прищуром – хоть заново снимайся с насиженного места …
Так они и поступали.
Но на новом месте ослабевшие женщины по-прежнему умирали родами, производя на свет мёртвых детей, и нападала неведомая лекарям хворь, от которой человека несколько дней трясло в лихорадке, а потом он успокаивался и засыпал. Чтобы уже не проснуться.
Прошлым летом самые надёжные и решительные воины отправились в низовья реки, в большой торговый город, процветавший у моря. Им говорили, что там легко наняться охранять какого-нибудь купца, собравшегося за море на корабле.
Купец продаст свой товар и щедро вознаградит тех, кто не подпустил к нему лиходеев. А с серебром в кошеле можно не опасаться голодной зимы!
Старейшина не отговаривал молодцев, но с тяжким сердцем провожал их в дорогу. И не ошибся. Из пятнадцати молодых глинян, ушедших в поход, домой не вернулся ни один. Когда истекли все сроки, в дальний город послали гонца. И тот разузнал, что богатый гость, к которому нанялись его родичи, снарядил целых пять лодий с добрым товаром … но, видно, забыл хорошенько попросить у своего Бога удачи.
При самом выходе в море на него наскочили датские викинги. Четыре корабля благополучно прорвались. Пятый – тот, где были глиняне, – отбили от остальных, окружили и ограбили, перебив отчаянно сражавшуюся ватагу …
Женщины рода не лили напрасных слёз по ушедшим. Все их слёзы к тому времени были давно уже выплаканы. Они просто почувствовали, что очень скоро соединятся со своими любимыми. Там, где нет ни времени, ни печали.
Так оно и случилось считаные седмицы спустя …
Глиняне были в этих местах пришлыми, а на пришлых всегда и везде смотрят косо.
Все знают: если долго идти в одну сторону, пожалуешь прямиком на тот свет. Ну и кто их, чужаков, разберёт, откуда они взялись? Люди ли они вообще? Может, недобрые духи, похитившие человеческий облик? А если даже и люди – почём знать, с добром ли пришли?.."
"Здешние соседи глинян – род Медведей из сильного полабского племени – поначалу отнеслись к ним терпимо.
