– Заткнись, быстро, – велел собеседник и вновь обратился ко мне: – Ну так понятно?
– Нет, – затрясла я головой. – Где я возьму документы?
– В сарае на полке, где воют волки. Ищи.
– Погоди, Слава, – попросила Катя, – дай ей объясню.
– По-быстрому только, – велел «кавалер», – недосуг тут жопу просиживать.
– Лампочка, – ласково завела Катя, – поезжай снова к Косте и попробуй узнать, куда он задевал документы. Очень постарайся, иначе, боюсь, последствия окажутся слишком тяжелыми.
Увидав мое вытянувшееся лицо, она быстро добавила:
– Не волнуйся, скорей всего Костик просто перепутал портфели, у него два одинаковых.
Сереже и Юле скажешь, что я уехала в командировку, в Кемерово, они привыкли и удивляться не станут. Поняла?
Я закивала.
– Вот и умница, через две недели встретимся. Теперь запомни. Там три листочка, синего цвета, необычная такая бумага, не перепутаешь, и четыре фото с негативами. На них разные люди, в основном мужчины. Все положено в красную папочку, сверху написано «Комбинат». Поняла?
Я опять кивнула.
– Действуй, – велел жиртрест и резко встал. Катя тоже поднялась.
– Лампочка, – прошептала она, – ты уж постарайся. Впрочем, если, не ровен час, не получится и мы больше не встретимся, заклинаю, не бросай моих, у них никого, кроме меня, замени им мать…
– Пошли, – дернул мужик и поволок Катю.
Та покорно двинулась, но, отойдя на метр, обернулась и крикнула:
– Богом прошу, не бросай! Знай, я тебе их отдала!
– Давай, давай, – велел жирный пузырь, и они исчезли за колонной.
Я плюхнулась на скамейку и только сейчас поняла, как устала.
День был заполнен незнакомыми, тяжелыми хлопотами – сначала уборкой, потом поездкой, теперь вот этой жуткой встречей. Постепенно заработал ум. И почему я не позвала милицию? Хотя здоровенный парень скорей всего не дал бы этого сделать… И что имела в виду Катя, говоря о детях? Внезапно мои уши загорелись огнем, а по спине потекли струйки пота. До разума только что дошел смысл сказанных ею фраз. Если не найду документы, Катю попросту убьют, и я должна стать матерью Сереже, Кирюше, Юле, трем собакам, двум кошкам, хомякам и жабе Гертруде.
Боже, я даже не знаю их фамилию!
ГЛАВА 4
Часы показывали полпервого, и я вновь покатила на «Театральную». Но на этот раз на звонок никто не отзывался. Понажимав для порядка на пупочку, я легонько постучала кулаком в дверь, и та неожиданно подалась.
Я оказалась в довольно большом холле, обставленном дорогой кожаной мебелью цвета топленого молока.
– Здравствуйте! – крикнула я.
