Еще не хватало, чтобы какая-нибудь глазастая тетка запомнила мои приметы и доложила дознавателям.
Расслабившись на сиденье, я закрыла глаза и вытянула ноги. В ту же секунду мои ступни получили довольно ощутимый удар. Толстая бабка, тащившая грязную сумку на колесиках, злобно прошипела:
– Ишь развалилась, людям не пройти.
Я убрала ноги, сидевшая напротив меня бабища в жутком зеленом пальто заявила:
– И правильно, лапы таким ломать надо, не умеешь себя в транспорте вести, езди на такси, коли средствов хватит!
Ее красное лицо гневно хмурилось, а губы сжались в тонкую нитку.
Я только вздохнула: нет, в «Мерседесе» с личным шофером куда лучше.
Дверь квартиры открылась с трудом, комок повизгивающих собак бросился в ноги. Мопсы встречали меня как родную, Рейчел проявила меньше энтузиазма. Сначала стаффордширица убежала в кухню, а затем принесла в пасти поводок и зачем-то положила на порог. Я тщательно помыла руки и как подкошенная рухнула на диван. Спать хотелось безумно, на тело навалилась дикая усталость, ноги налились свинцом, в горле першило.
Следовало ради профилактики принять две таблетки аспирина, но сил встать не оказалось.
Меня разбудил громкий говор.
– Даже хлеба нет! – кричал Кирюша. – Жратеньки хочется, Юль, сваргань яишенку с гренками и луком.
– Сам же сказал, хлеба нет, – ответила девушка и велела: – Бегом в магазин, купи чего-нибудь для быстрого приготовления.
– Какое безобразие, – завопил Сережа, – кто написал в коридоре?
– У того большое горе, – отозвался бодро Кирюшка.
– Давай, гони за пельменями, поэт! – прикрикнул старший брат и добавил потише: – Лужа маленькая, значит, не Рейчел. Ну, мопсы, колитесь, чья работа?
Раздались сочные шлепки.
– Не трогай их, – велела Юля, – не виноваты собаки, с ними просто не вышли вовремя. Интересно, куда подевалась Катя? Говорила, целый день просидит, и улетела. Продукты не купила, собак не выгуляла…
С трудом оторвав голову от подушки, я крикнула:
– Катя уехала в командировку!
В коридоре на секунду стало тихо, потом Юля и Сережка влетели в гостиную.
– Куда? – спросили они хором.
Я растерялась: совершенно не умею врать. Впрочем, если задуматься, в моей жизни до сих пор не существовало тайн.
– Город такой назвала, вроде на К.
– А, понятно, – вздохнул Сергей, – Кемерово. Ну мать, ну пройда, специально вчера нам не сказала.
– Вот хитрюга, – подхватила Юля, – знала, что мы не разрешим в отпуске работать…
– Она в отпуске? – отчего-то спросила я.
– Ну да, – ответил юноша.
