Не ожидали от хрупкой женщины такого злодейства, — начал Жарвис и, подняв руку, приложил её к своей челюсти. Дворецкий тоже неосознанно, осторожно ощупал свой череп. Второй лакей погладил локоть и начал медленно опускаться на колени. За ним бухнулись разом стражники. Данкин переминался с ноги на ногу, видимо, решал, с какой ноги ему начинать опускаться.
— Поднимитесь, не надо так, — окончательно растерялась Лия, — я не сержусь. Никто этого не ожидал. Расходитесь по своим делам, прошу вас.
Слуги, оставив идею протереть коленями полы, откланявшись, стали расходиться, не забыв напоследок ещё раз извиниться и выразить слова сожаления.
Позади Лии хмыкнула Матильда.
— Эта дамочка к ним магию применила. Стражники просто уснули — кто где стоял. Фальком, дворецкий, успел только спросить о визите, как получил воздушным «кулаком» по голове и отключился на крыльце. Жарвис преградил дорогу уже на лестнице в холле, но, как оказалось, у этой ведьмы хороший удар головой, она его в челюсть так боднула! Как ещё зубов бедолага не лишился! Другой лакей поспешил ему на помощь, да вдруг споткнулся на ровном месте и пересчитал ступеньки, скатившись вниз.
Обоих нашли спящими под лестницей. Вирош… уж не знаю, что с этим мужчиной. Как всегда, ни рыба, ни мясо. Один камердинер сообразил позвать лорда Бреуна! — и верная Матильда добавила с сожалением, — эх, меня там не было!
«Милый мой папенька!
Долгих лет Вам жизни и всех благ! Как же я по Вас скучаю!
Простите, что долго не отвечала.
В прошлом письме вы спрашивали, как мне тут живётся спустя несколько месяцев замужества за герцогом. Отвечаю — хорошо и даже иногда весело.
Замок полон гостей. Не все из них мне приятны, но это не мой выбор. По крайней мере, господа ведут себя корректно и доброжелательно. Старая графиня Антор стала мне настоящей подругой. Её советы по тому или другому поводу приходятся всегда кстати. За что я ей очень благодарна.
Вы, папенька, интересовались нашими с супругом отношениями. Я назвала бы их очень нежными.
То он ко мне заходит в спальню, когда я сплю, а он думает иначе. То я порой прохожу мимо его кабинета по нескольку раз, не решаясь зайти и ища предлог. Как выяснилось, мой супруг самый порядочный и самый заботливый на свете. Он настолько благороден, что даже не отчитал меня за утопленное родовое кольцо!»
Вошедшая горничная поставила на столик в гостиной, где сидела Юлия, вазу с цветами.
— От графа Бероуза, госпожа. С запиской.
