Она не смела отвернуться от лоцмана, поскольку уже не раз получала реприманд от миссис Бернэм за нарушение приличий внеочередной беседой с левым соседом.
Мистер Дафти все еще выражал громогласные восторги, но тут отперхался мистер Бернэм, готовясь произнести молитву:
— Возблагодарим Господа нашего…
Подражая остальным, Полетт сцепила пальцы и прикрыла глаза, однако, не удержавшись, украдкой посмотрела на соседа и тотчас смутилась, ибо встретила взгляд Захария, тоже косившегося на нее из-под сомкнутых рук.
Оба вспыхнули и поспешно отвели взгляды, успев откликнуться на звучное «аминь» мистера Бернэма.
Мистер Дафти уже зацепил вилкой овсянку.
— Отведайте, мисс Ламбер, — прошептал он, сбрасывая птичку на тарелку Полетт. — Поверьте старому гурману: начинать следует с овсянок.
— Благодарю, — пролепетала Полетт, но внимание лоцмана уже приковало жаркое. Занятость старшего сотрапезника позволила обратиться к Захарию.
— Я очень рада, что вы смогли уделить нам время, мистер Рейд, — чинно сказала Полетт.
— А уж как я рад, мисс Ламбер, — ответил Захарий. — Меня редко зовут на такие пиршества.
— А вот мой мизинчик нашептал мне, что в последнее время вы зачастили на журфиксы.
— Жур… фиксы? — не понял Захарий. — О чем вы, мисс Ламбер?
— Ах, простите, я говорю о званых обедах.
— Мистер Дафти и его супруга были так любезны, что водили меня по гостям.
— Вам повезло, — заговорщицки улыбнулась Полетт.
— Кажется, ваш коллега мистер Кроул менее удачлив?
— Не могу знать, мисс.
Полетт заговорила тише:
— Знаете, вам нужно его остерегаться. Миссис Бернэм говорит, он ужасный человек.
— Мистер Кроул меня не пугает, — чопорно ответил Захарий.
— Однако будьте осторожны, мистер Рейд. Хозяйка не желает видеть его в своем доме. Не говорите ему, что были здесь.
— Не волнуйтесь, мисс, — усмехнулся Захарий. — Мистер Кроул не из тех, с кем я стал бы делиться впечатлениями.
— Он на корабле?
— Нет, там никого. «Ибис» в сухом доке, и пока вся команда в увольнении. Я перебрался в пансион.
— Правда? В какой?
— В Киддерпоре, его нашел Джоду."
"— Вот как? — Полетт огляделась, проверяя, не услыхал ли кто имени ее друга, и вновь повернулась к Захарию.
Недавно мистер Бернэм установил в комнате охладитель воздуха. Штуковина являла собой симбиоз пропеллера и толстой циновки.
