Тут же хочется стянуть с себя «кровавый снег». Вот ведь сравнение! Прикрываю коленки сумкой.
— Приехали, — произносит Бойцов, останавливаясь в парковочном кармане.
Оглядевшись по сторонам, я замечаю над входом в цокольный этаж дома напротив неоновую вывеску спортбара.
— Место-то хоть приличное?
— А то, — Тимур ухмыляется. — Одна звезда Мишлена.
— Почему? — ахаю я.
— Ну я же майор…
Смеюсь.
— Тикаем, — кивает он, подхватывая телефон и бумажник.
— А как вы обратно поедете?
Мы выходим из машины.
— Как-как. Корочки ведь есть, не проблема, — пожимает Бойцов плечами.
— В смысле? — Шокированная, я останавливаюсь.
Прищуриваюсь, рассматривая широкий подбородок прямо перед собой. Пожалуй, самую любимую мной часть лица Тимура.
— Шучу, Завьялова. Я вообще-то здесь живу, — кивает он на панельную девятиэтажку, в которой и располагается спортбар.
— Да ладно? — округляю глаза. — Один?
Зачем я это спрашиваю? Мысленно бью себя по щекам.
— Конечно, один. Вернее, с Уликой.
— С кем? — пугаюсь.
— Кошка. Улика, — невозмутимо поясняет Бойцов.
Придерживая дверь, он галантно пропускает меня вперед. В баре приглушенный свет и совсем немного посетителей.
— Тимур Иванович, — кивает парень за барной стойкой. — Вам как обычно?
— Как обычно, Дэн, — гремит Бойцов у меня над ухом. — А девушке… — Его ладонь касается моей поясницы.
— Мне как вам, — пищу.
Совершенно забыла сказать: я вообще не пью алкоголь. Он странно на меня влияет. Но, пожалуй, сохраню это в тайне, как и свою сильнейшую гемофобию. А то Бойцов еще скажет, что я профнепригодна.
В уборной первым делом снимаю ненавистные колготки. С тех пор как Тимур рассказал историю про гвардейцев, только об этом и думала. Проверив прическу в зеркале, я прячу колготки в сумку и тщательно мою руки. Подумав, делаю то, что мне абсолютно не свойственно, — расстегиваю две верхние пуговицы на рубашке. Пристально себя разглядываю.
Грудь высокая, изгиб талии плавный. Волосы опять же… смотрятся женственно. М-да. В целом не Барби, конечно. Но и не Кен. Приосаниваюсь и подхватываю сумку.
Идя обратно по узкому проходу между столиками, я вижу, как Бойцов, потирая шею сзади, рассматривает меня издалека, медленно опускает взгляд ниже. Добравшись до ног, округляет глаза, хмурится и привычно играет желваками.
Кто-то из посетителей открывает входную дверь, и мне под юбку забирается противный сквозняк. Ежусь, мгновенно вспомнив, что на дворе начало марта, а у меня жизненно важные органы «нараспашку». Потом сама себя одергиваю.
