– Я так понимаю, исходя из такого поручения: то, что немецкую колонну обнаружили заранее и было время развернуть боевые порядки, опять-таки как-то с Линдой связано? Но приходится об этом помалкивать – как тогда, в Полесье?
– Есть у тебя солдатская смекалка, Вася, – ухмыльнулся я. – Ладно, ступай, а расспрашивать тебя дотошно все равно никто не будет, уж это точно…
…Последующие три дня оказались богаты на события.
Прилетел корреспондент фронтовой газеты вместе с кинооператором, и мне пришлось выступать в роли экскурсовода, пока кинооператор снимал то, что осталось от колонны (а потом и пленных «ваффенов»), а корреспондент расспрашивал меня и лихорадочно строчил в блокнот.
Сам бы я нипочем не стал эдак демонстрировать себя, но был прямой приказ комдива.
(Да, два бронетранспортера оказались целехонькими, разве что борта малость покорябаны пулями, и я с разрешения комдива забрал их в свои бронесилы – вещь в хозяйстве полезная, особенно в наступлении, какового следовало ждать в скором времени.
)
Познакомился я с новым начальником теперь уже полностью укомплектованной дивизионной разведки, подполковником Стожаровым – в силу специфики моего батальона мне придется общаться с ним гораздо плотнее, чем другим командирам. Сам он, в общем, произвел на меня хорошее впечатление, а вот как проявит себя новый разведотдел в целом, сказать пока нельзя – время покажет. Дело тут отнюдь не в том, что все они, собранные по армии с бору по сосенке, друг с другом были прежде незнакомы, и им еще предстояло то, что в частях именуется «боевым слаживанием» – проще говоря, какое-то время будут друг к другу притираться.
Среди неписаных армейских хитрушек есть и такая: всякий толковый командир попытается воспользоваться любой возможностью, чтобы не отдать в чужую часть лучших (как и я, грешный). А вот дальше возможны варианты, числом два: кто-то отдаст пусть не лучших, но хороших и полезных, а кто-то воспользуется удобным случаем избавиться от самому плешь проевшего балласта.
В данном конкретном случае могло совместиться и то, и другое. Поживем – увидим…
Стожаров мне и сообщил, что от Мазурова пришла радиограмма с просьбой, если обстановка позволяет, остаться в немецких тылах еще на денек-другой – кажется, наклевывается возможность раздобыть новую интересную информацию в дополнение к уже собранной. Комдив разрешение дал.
