Ни пиратов, ни порогов, ни погонь. А мне сие понравилось…
– Это нравится, пока выигрываешь, Риус. А вот когда не повезет – сразу хочется спокойной жизни. Давай, встряхни команду, пусть стол накроют. Посидим с тобой, винца выпьем.
Пока князь одевался, на причал спустилась одна из княгининых теток, остановилась возле самого борта, поклонилась:
– Батюшка Андрей Васильевич, хозяйка в баню тебя приглашает. Умыться после дороги.
– Передай, что я чистый. И что к ужину не приду, – отмахнулся Зверев.
Ночевал он, естественно, тоже на ушкуе, в постели, из которой еще не выветрился запах Полины.
Точнее, черемухи. В постели она почему-то всегда пахла черемухой.
Сколько же она прожила в этой каюте, пока на берегу не вырос наконец-то новенький дворец? Получается, почти три года. С перерывами на те месяцы, что Андрей отправлялся по делам. Княгиня же при этом оставалась вовсе в крестьянской избе, которую отвел господам здешний староста.
Из-за этого запаха, наверное, молодому человеку и приснилась его жена.
Полина привиделась той испуганной девочкой, что привел прямо к венцу князь Друцкий. Зачем молодым друг на друга до свадьбы смотреть, если главное в браке – решение земельных споров меж двумя боярскими родами? Воспитанная в монастыре девочка медленно раздевалась, выполняя приказ своего мужа. Сняла вышитый бисером капор, развязала поясок, аккуратно свернула на шапочке, расстегнула молнию парчового сарафана, спустила его вниз, оставшись в одной рубахе, рукава которой изменили цвет с красного на белый.
Смущенно потупила взгляд, сглотнула, смяла пальцами ткань, подтянула подол до колен и остановилась, стремительно краснея. Потом решилась, потянула дальше, вверх, скинула рубаху в сторону одним движением, оставшись совершенно обнаженной. Снежный пончик, мягкое податливое тело, никогда не видевшее солнца. Большая грудь, слегка свисающая вперед, широкие бедра, овальный животик с глубокой пробоиной на месте пупка.
Девочка отступила, опустилась на край ложа, перекрестилась и откинулась на спину, широко развела ноги.
Зверев подступил ближе, хорошенько размахнулся и огрел ее плетью. От жалобного женского крика он вздрогнул – и сел в постели.
– Фу-уф, – облегченно перевел дух князь. – Надо же. Нормальным людям зловещие мертвецы в ночных кошмарах снятся. А мне – собственная жена!
Он поднялся, шагнул к столу, схватил наугад один из кувшинов, припал к горлышку. После нескольких глотков понял, что наливается вином, чертыхнулся и вышел на палубу.
