Они же обладают способностью возвращать богам Асгарда юность и здоровье, обеспечивая им бессмертие.
— Да, придётся заглянуть к ней, — мрачно кивнул бог и раздражённо дёрнул щекой. — Хотя я и недолюбливаю норн, охраняющих сад. Три мерзкие карги постоянно встречают меня колкими насмешками."
"Хм, какие милые дамы. Я бы с ними познакомился. Но вслух я, конечно, этого не сказал. А как бы между делом произнёс, задумчиво почесав кончик носа:
— Прихвати и мне пару молодильных яблок, а то ведь сам я не могу получить их. Вряд ли Идунн забыла приказ Одина, гласящий, что яблочки нельзя давать никому, кроме богов Асгарда.
— На кой они тебе?
— За тем, что и тебе. Вдруг и меня постигнет такое же испытание? Как говорится, готовь сани летом. Тем более ты же жаждешь отплатить мне за своё спасение. Вот и для меня прихвати яблоки.
— Совсем не жажду, но принесу, — пообещал бог, медленно встал и несколькими мановениями исхудавшей руки кое-как открыл межмировой портал. Тот ярко засиял голубым светом, сорвав с комнаты покров тьмы.
Скрывавшиеся в тенях крысы бросились в дыры, а за окном испуганно каркнула ворона.
— Мне нужно переварить всё это, так что не знаю, когда вернусь, — произнёс асгардец.
— А я знаю. Ты вернёшься утром, потому что нам нужно «батарейку» на место поставить. Я, знаешь ли, был занят, спасая наши жизни, так что не вернул Древнего в саркофаг. Да, он почти дохлый и наверняка давал энергии ровно столько, сколько козёл молока, но всё же надо бы отправить его на прежнее место.
Бог тяжело вздохнул и согласно кивнул, а затем шагнул в портал.
Тот почти сразу исчез с лёгким хлопком, и комната снова погрузилась во тьму.
— Ну, как-то так, — задумчиво пробормотал я и мысленно поставил себе плюсик за то, что почти решил дело с бессмертием императора.
Хеймдалль принесёт мне молодильные яблочки, и одно я дам государю. Думаю, оно продлит его жизнь и молодость лет на тридцать-пятьдесят. Другое же яблочко я покажу императору и спрячу в дальний уголок, чтоб никто не уволок. И государь будет знать, что его бессмертие зависит от яблок, поставляемых мной.
Так что он будет предан мне, как торчок своему барыге.
— Хм, какое-то наркоманское сравнение, — осуждающе хмыкнул я, покачав головой. — А это всё Мых со своими «весёлыми» грибочками нагнал на меня такое настроение.
— Можно? — вдруг прозвучал голос старика и параллельно раздался деликатный стук в дверь.
— Мых, ты случаем не чёрт, хотя бы в душе?
— Может, и чёрт. А кто это такой?
— Да есть один персонаж.
