Ольга подошла к нему, встала на цыпочки, коснулась губами благоухающей мужским парфюмом щеки. Отстранилась, оглядела его снова.
– Тебя не узнать.
– А тебя узнать. – Куропач схватил ее руку, стиснул. – Только ты немножко посерела. – Он сморщил губы.
– Как это? – удивилась Ольга. – Ты хочешь сказать, постарела?
– Ха-ха! Не-ет, у тебя волосы как у полярного песца летом. – Он покачал головой. – У вас тут нет настоящей зимы. Песец тоже не стал бы менять свой цвет на белый.
– Брось, Куропач. Что ты выдумываешь?
Он рассмеялся.
– Просто так, чтобы посмотреть, как ты сердишься. Мне нравится смотреть. Я помню... А ты? Помнишь, как мы охотились?
– Мы много раз охотились, – сказала Ольга ровным голосом, хотя понимала, о чем он.
– На куропаток, я хотел сказать.
Ольга отвернулась от Хансуты и встретилась взглядом с портье. Он не просто наблюдал за ними, он вслушивался в каждое слово.
Ольга свела брови и сурово посмотрела на него.
А Куропач? Куда подевалась его врожденная осторожность? Или она включается только в тундре? Или.
.. Она окинула его долгим взглядом. Он изменился, даже с тех пор, как они ездили в Германию. В Куропаче появилось... но что? Как назвать одним словом эту неспешную улыбку, нарочито громкий голос, которым он произносит слова, делая неверное ударение, его костюм, который среди дня надевают участники какой-нибудь европейской конференции? Самодовольство, вот что. Которое проросло в нем недавно. Значит, что-то произошло в его жизни такое, о чем она не знает?
Куропач положил руку ей на плечо, но Ольга мгновенно выскользнула из-под нее.
Ей что-то не нравилось, она сама не могла понять – что.
– Ты красивая, Такутка, – теперь уже тихо сказал он. – Еще красивей, чем раньше. Ладно, поехали со мной, – слегка усталым голосом сказал он и взял ее за руку.
Он так крепко сдавил запястье, будто это не женская рука, а тонкая шея куропатки, еще теплой, но уже лишенной жизни.
Ольга поморщилась. Ей не понравилось сравнение, пришедшее на ум. Оно даже..
. неужели встревожило ее? Из-за странного намека бабушки?
Да в чем дело? Она идет рядом с Куропачом, школьным другом. Они сидели за одной партой, пока она с родителями жила в Хатанге.
Потом она уехала в Москву к бабушке, а родители полетели в поселок Провидения. На границе между полярной ночью и полярным днем Куропач брал ее с собой на охоту на куропаток. Это она наградила его именем Куропач, на самом деле его звали Хансута. А он в отместку придумал – Такутка.
