В самолете нам предложили перекусить, но меня колотило от страха, и кусок не лез в горло. Сейчас же аппетит настойчиво заявлял о себе, и руки сами тянулись к еде.
– Что же тут непонятного? Олег Гладышев – это тот человек, который должен был передать вам бабки.
– При чем тут пожилые женщины? – искренне удивился Клаус.
Вот всегда с эмигрантами так! Языком многие из них владеют безупречно, но кое-какие слова им просто не знакомы.
– Я имела в виду деньги, ведь это Олег вез их вам?
– Подождите, – неожиданно произнес Клаус и вышел.
Я осталась одна у стола и отвела душу, набивая желудок очень вредными тостами с маслом и апельсиновым джемом. Естественно, после еды мне захотелось курить, но пепельницы нигде не было видно, а стряхивать пепел в пустую кофейную чашку я постеснялась и осталась сидеть, вертя в руках пачку сигарет.
Наконец Рихт вернулся. Лицо его было мрачным, если не сказать суровым.
– Только что я разговаривал с Игорем, – сказал он, – вы, оказывается, сыщик?
– Не совсем так, я частный детектив.
– Никакой разницы, – нервно отмахнулся Клаус, – я не знаю, где Олег. Честно говоря, я полагал, что тот мужчина украл доллары и теперь скрывается. Этот непорядочный человек понимал, что Игорь никогда не сможет рассказать в правоохранительных органах о пропавших деньгах, и воспользовался ситуацией. Со своей стороны я попытался предпринять кое-какие шаги, но поступил глупо.
– Почему?
Рихт посмотрел на мои сигареты.
– Извините, но здесь не курят. Если желаете, можете пройти в сад.
Я почувствовала себя как дома и покорно спрятала пачку сигарет в сумку.
– Так почему вы поступили глупо?
Клаус мрачно ответил:"
"– Улетая тридцать первого декабря из Москвы, я не думал ни о чем плохом, полагал, что курьер, этот Олег Гладышев, попросту не рассчитал время, застрял в пробке и сейчас нервничает где-нибудь на дороге. Если бы не билет на самолет, я бы подождал его дома, но времени-то у меня не было. Уходя, я даже предупредил консьержку: «Если сейчас прибежит запыхавшийся молодой человек по имени Олег Гладышев, пусть немедленно катит в Шереметьево, я буду стоять в зале отлета, под табло с расписанием».
Брат Гарика честно промаялся в указанном месте до того момента, пока радио не заорало: «Господина Рихта, следующего рейсом Москва – Бонн, просят срочно пройти на посадку».
Клаус побежал на паспортный контроль, но по дороге успел позвонить брату и сказать:
– Твой Олег так и не приехал!
– Ума не приложу, что случилось, – звенящим голосом ответил Гарик.
