– У меня не было секса с ней!
– А я хочу снова повторить, что не верю ни одному твоему слову, так что хватит разговоров! Это она лжет? А тебя часто обвиняли в подобном женщины, с которыми у тебя нет никаких дел? Так что ты делал с ней в прошлую пятницу до шести утра? Просто выпивал? Покурил немножко? Сделал ей ребенка сигареткой? – Она выдыхала свое отчаяние, все еще сгибаясь, хватаясь за живот, не в силах посмотреть вверх или выпрямиться. Когда он промолчал, она даже не посмотрела на него. – Это не были риторические вопросы, – язвительно добавила она.
– Мне бы хотелось услышать ответы.
– И что я должен на это ответить, черт побери?
– И то правда. Как насчет того, что ты трахал ее много месяцев? Ее, кого угодно, всех подряд – каждую пятницу! Так удобно для тебя – Энта дома нет, меня дома нет. Ты мог вообще ничего не говорить мне об этом. Просто так уж случилось, что на этот раз ты попался, а?
– Прекрати! – Александр не знал, как успокоить ее, он не знал, как успокоиться самому. – Это безумие! У меня не было с ней секса! И ты прекрасно знаешь, что она лжет, потому что она не может быть беременна от меня!
– Я совсем ничего не знаю об этом.
Ты лжешь – вот это я знаю.
– Ты знаешь! – закричал Александр. – Поверить не могу, что мне вообще приходится говорить такое, черт побери! Черт побери!
– О да, кричи на меня, отлично! – Она тоже кричала, держась за автомобиль и показывая на дом. – Там твой сын. Что, ему мало досталось?
– Да, он уже настрадался, – сквозь зубы сказал Александр, понижая голос.
– А почему нет? Его мать не приходит домой. Он может решить, что осиротел.
Задыхаясь, она бросилась на него с жестоким лицом. Невозможно было увернуться от ее молотящих кулаков, яростно взлетающих рук.
– Поверить не могу! – кричала она, и по ее лицу лился пот. – Я оставила малыша, чтобы найти тебя! Поверить не могу, что я предпочла ребенку такого бессердечного ублюдка! Видит бог, лучше бы я этого не делала! Ты с твоим уродливым чертовым вероломным сердцем, ты должен был гнить на Колыме с бандой насильников – такой должна была быть твоя судьба, вместо того чтобы приехать сюда и предать меня!
Александр прижал ее к машине, схватил за горло.
Красный туман застилал глаза. Ему уже было не просто жарко, – казалось, его поры дымились.
– Боже мой, – сказал он, сжимая ее шею. – Ты когда-нибудь умолкнешь?"
"– А ты когда-нибудь умолкнешь? Отвали от меня! – хрипло произнесла она, задыхаясь, пытаясь вырваться.
Он отпустил ее. Она кашляла.
