Она не могла обрести свободу, если он не даст ее ей. Возможно, в другое время это бы ее успокоило, но в этот момент лишь сильнее злило. Она снова и снова вырывалась, ее маленькое тело извивалось по-змеиному.
– Тебе не победить, – сказал он, даже не задохнувшись. – Так что прекрати немедленно.
К еще большему унижению, она не удержала равновесия на высоких каблуках и упала спиной на кровать.
– Это ты прекрати немедленно! – выдохнула она.
У нее не было уже сил даже кричать, слова вырвались почти беззвучно. Его руки причиняли боль, пряжка его ремня причиняла боль, его слова ранили, а она и так уже была изранена вчерашним.
– Скажи, – прохрипела она, – ты вот так же обращался со своей голой шлюхой? Ей это нравилось?
– Не так, как тебе, – ответил Александр, и тут Татьяна разрыдалась и закричала.
А в дверь принялся стучать Энтони:
– Мамуля! Мамуля! МАМА!
Александр толкнул ее на кровать, и она с трудом поднялась на ноги и убежала в ванную комнату, заперла за собой дверь. Он открыл ее пинком, она отступила назад, налетела на ванну, громко крича: «Прекрати, пожалуйста, прекрати!» – вскинула руки… Он сжал ладонями ее лицо, закрыл ее рот и сквозь зубы процедил:
– Перестань орать! Твой сын за дверью! Хочешь уйти? Валяй.
Иди. Мне плевать, что ты делаешь.
Грубо оттолкнув ее, он вышел из ванной, а она попыталась закрыть сломанную дверь. В спальне стало тихо, лишь Татьяна плакала внутри, да Энтони плакал снаружи; его тихое хныканье доносилось до нее:
– Мама, пожалуйста, пожалуйста…"
"Через несколько минут Татьяна услышала, как Александр отпирает дверь спальни.
– Все в порядке, Энт. Пойди погуляй минутку. Все в порядке. Дай маме с папой… ну, просто погуляй.
Энтони упрямился.
– Что ты сказал? Иди на улицу!
Умытая, с красными глазами и влажным лицом, Татьяна вышла из ванной.
– Оставь его в покое, он ничего плохого не сделал!
У нее дрожали руки, она прошла мимо Александра и погладила Энтони по щеке и поцеловала в макушку.
– У тебя все хорошо, мама? – со слезами спросил Энтони.
– Все прекрасно, милый, – ответила она, боясь, что у нее сорвется голос.
– Ни о чем не беспокойся. Сегодня вечером ты побудешь с папой. Мама пойдет погулять.
Она вышла из дома, села в свою машину и уехала.
За ужином Александр и Энтони не разговаривали, но, когда они уже мыли посуду, Александр сказал:
– Малыш, взрослые иногда спорят. Это нормально. Вы с Сержио разве не спорите?
– Не так.
– Ну, это скорее случается между взрослыми.
– Я никогда не слышал, чтобы мама так кричала.
