Вы ужинали?
– Да ничего мы не ужинали! Мы с ребятами тусили после музея, у них в кремле, в арсенале хорошая кафешка, мы капучино пили и пончики ели. А сейчас в театр собираемся, Данька билеты взял.
– Сказали бы мне, я Борису Петровичу позвонила бы!
– Да ладно, мам, Данька уже взял! Мы после спектакля к вам придем, да? Вы нас только дождитесь! Можно, мы у вас поедим? Мы что-то поиздержались! Мам, а ты бабушке звонила? Потому что она мне звонила, а я трубку не взяла, мы в галерее были! И вообще ты какая-то озабоченная, ничего не случилось?.
.
Тонечка уверила дочь, что ничего не случилось, плюхнулась в кресло, обнаружила, что Родион с куртками в обнимку притащился следом и стоит, не зная, куда податься, и показала, в какой стороне гардеробная.
Проделав все это, она откинулась на спинку, шумно выдохнула и запустила пальцы в кудри, но тут же отдернула руку, вспомнив, что у нее сегодня – укладка!
Она приготовилась к ужину с мужем и детьми.
А ужинать будет с мальчиком Родионом.
Ну и хорошо, ну и отлично.
Сейчас они закажут всего самого вкусного, а потом поднимутся в номер, и Родион будет рисовать, а Тонечка немного подумает в тишине.
…Как это у героинь сериалов получается расследовать любое дело легко и просто! Почему у нее, у Тонечки, которая придумала этих героинь два десятка, не получается ничего?..
Нужно еще раз сходить в музей, чтоб подтвердить свои догадки, этим она займется завтра утром. Пока еще не очень понятно, как это сделать, но она что-нибудь придумает!
Нужно позвонить Сергею Степанову из ФСБ и расспросить как следует про этот самый Пояс Ориона, хотя бы как он выглядит! И рассказать, что Пояс ищет не только служба безопасности, но и еще кто-то – ведь у Родиона требовали, чтоб он вернул «то, что взял в том доме», и говорили, что «кусище ему не по зубам», а что это может быть, если не украденное сокровище? А подполковник Мишаков утверждал, что мальчишку избили подручные местного авторитета Сутулого, стало быть, ищет авторитет!
Нужно попробовать узнать, как связаны ее любимый, драгоценный муж и Кондрат, но это никак невозможно сделать, только ждать сведений, которые ей обещали добыть в Москве.
Нужно думать сначала – вдруг прав директор музея, и Лена Пантелеева на самом деле убита, а Тонечка просто убедила себя в обратном!
…Господи, как ей необходимо поговорить с мужем, а говорить никак нельзя, он может быть причастен!
…Нет, не может! Он не может ничего украсть!"
"…А Кондрат Ермолаев может убить?..
