– Раньше еще ничего было, а сейчас как с цепи все сорвались – подай Лену, и все тут! А как я пропущу, если у меня на то распоряжения нету?
– А когда в последний раз спрашивали?
– Да сегодня и спрашивали, минут, может, сорок назад или с полчаса!.. И позавчера спрашивали! Вчера-то я не работала!
– И кто спрашивает? Подруги?
Тетка махнула рукой:
– Все мужики, и все разные!.. И молодые, и постарше!.. Может, сейчас так модно, в подругах мужиков держать, я не знаю, только в мое время по-другому было! И ступайте! Договоритесь, тогда и приходите, пропущу, а сейчас до свидания.
– До свидания, – попрощалась Тонечка и вышла на улицу.
…В последнее время Лену Пантелееву то и дело спрашивают какие-то люди. Может, из ФСБ? Те, кто ищет Пояс Ориона, украденный ее мужем? И что это за пояс такой, господи ты боже мой?!
…Да нет, не получается. Сергей Степанов вчера был явно удивлен, когда узнал, что Кондрат в участке, значит, о пропаже Лены он ничего не знал!
Тогда кто ее ищет? Что за люди?.
.
Тонечка обошла дом, вернулась к подъезду и пристроилась на детской площадке на холодную железную карусель.
Долго она тут не протянет, холодно, но все же немного подождет.
Ей было тревожно – почти как вчера после встречи со Степановым. Нет, вчера было совсем плохо, он как будто ударил ее в солнечное сплетение, она даже дышать не могла. А сейчас, после разговора с консьержкой, она встревожилась.
…Вся история с пропажей телевизионной ведущей, с каким-то украденным у кого-то сокровищем, с избиением мальчишки-племянника касалась ее семьи, и это было… страшно и непонятно.
Почему ей ничего не рассказывает муж? Почему так странно повел себя подполковник Мишаков – привел Кондрата на свидание и практически вытолкал вон? Что на самом деле произошло в доме повара или вора, или кто он на самом деле?
Тонечка поднялась с железки, потопала ногами и похлопала руками.
Когда же весна?.. Дураку понятно, что в марте, но – когда?.. Так все перепуталось – времена года, системы координат! Люди все перепутались – словно у всех сразу в головах выключился некий волшебный фонарь, освещавший дорогу во мраке.
И все заблудились, потерялись, ау, не докричишься!.. Ценное и важное перепуталось с пустым и ничтожным, интересное и умное с бессмысленным и тупым, жизнерадостное с конским ржанием, доброе с лицемерием. Умы и души заволокло словно сырым туманом, и в нем все отсырело – чувства, мысли, поступки.
