Женщин, как я поняла, в этом племени принято игнорировать.
– Никогда, – хмыкнул лорд-канцлер, а мои губы сами собой растянулись в блаженной улыбке. Думаю, в тот момент мы выглядели как парочка умалишенных, по которым лечебница плачет. – Нам не нужна подготовка, мы готовы пройти ваш обряд прямо сейчас. Свидетели есть, а больше нам ничего и не нужно.
Я согласно кивнула. Разделяться в этот момент с лордом Вестоном не хотелось – не доверяла я оказавшемуся совсем негостеприимным племени. Старейшина от нашей вольности в восторг не пришел, но и спорить не стал.
Кажется, от нашего присутствия он начал уставать. Велел ждать неподалеку, сам же отправил мальчишек за всем необходимым.
Нас принялись все поздравлять, и даже Эдрик с улыбкой признал поражение:
– Что ж, сегодня лорд Вестон разом уделал и Короля, и меня, и всех этих Авари, что особенно приятно.
– Лучший менталист Королевства не мог проиграть какому-то мальчишке, – со знанием дела заявил Ржавый, и все облегченно рассмеялись.
Во время обряда я не волновалась.
В своем выборе и любви лорда Вестона я была уверена. Старейшина говорил какие-то слова, неискренне желал долгих лет совместной жизни, наставлял родить как можно больше детишек – единственный момент, на котором я покраснела, хоть и понимала, что печется старик лишь о благополучии племени и численности авари на континенте. Чем больше их, тем сильнее влияние племени, ведь не стоит забывать, что в скором будущем весь мир претерпит сильные изменения.
– Клянешься ли ты, Дрейк Вестон своим разумом и жизнью взять Марианну-Эстель Ревьен в законные жены, защищать и оберегать ее, быть верным семье и своей земле до самого последнего вздоха? – торжественно провозгласил старейшина.
– Да, – лорд-канцлер не задержался с ответом.
– Клянешься ли ты, Марианна-Эстель Ревьен своей жизнью и разумом взять Дрейка Вестона в законные мужья, быть ему верной опорой и подмогой, принимать его и его защиту до самого последнего вздоха?
– Клянусь, – с улыбкой обещала я и почувствовала, как рука лорда Дрейка сжала мою.
– Властью, данной мне племенем и силой, отныне объявляю вас мужем и женой, – старейшина взял наши сцепленные руки в свои морщинистые, я увидела, как их окружило бриллиантовое сияние, а когда оно погасло, на тыльных сторонах наших ладоней проявился мерцающий рисунок. Красивый орнамент искрился в лучах бледного северного солнца и служил символом соединения наших сердец и судеб в месте, до которого мы и не чаяли добраться. – Поздравляю! – закончил глава.
