"Татьяна Морец
Вороница. Пойманные души
Пролог
От зловещего воя, нечеловеческого и издаваемого даже не зверьём, стынет кровь и волосы дыбом встают на затылке.
Бегу.
Жадно хватаю воздух. Обратно из груди, горящей огнём, он вырывается со свистом, нарушая установившуюся гнетущую тишину. Никогда мне не было страшно в лесу, но сегодня ужас безоглядно гонит вперёд.
Здесь всё пропитано безнадёжностью, пронизано тленом… и смертью. Время как будто застыло, погрузив чащобу в стазис, поймав и ветер в свой плен.
Оставив эти места, живые не зря прозвали лес Забытым.
Стараюсь бежать как можно тише, не наступать на хворост и редкие камни, принесённые сюда весенней полноводной рекой, но удары отяжелевшими ногами о землю, разносятся между мрачных неподвижных тёмных стволов. Местами на почве влага замёрзла, она хрустит, создавая дополнительный шум. Звуки катятся вперёд и отражаются эхом от безмолвных деревьев. Мне постоянно кажется, что меня кто-то преследует. Спасает только то, что низшие мертвяки обладают плохим слухом.
Их плоть медлительна, а мозг слабо работает. При другом раскладе меня давно бы заметили. Но долго ли мне будет сопутствовать удача?
Одежда после падения в реку почти высохла, а длительный бег согрел промёрзшее от незапланированного купания тело. Туловище наливается тяжестью с каждым шагом, и перед глазами плывут красные круги, сильнее затмевая обзор.
Спустя какое-то время я валюсь на сырую, подгнившую за зиму траву, густо выстилающую местность.
Больше нет сил. Нет мочи снова бежать. И просто идти.
И невозможно обернуться. Меня лишь едва зацепило проклятием, которое швырнул мелкий прислужник тёмных книг. Но этого оказалось достаточно, чтобы кубарем вылететь из пробитого в горе окна и против моей воли вернуться в человеческий облик. Большим чудом во время падения я не убилась об острые выступы и камни, торчащие пиками вверх. Погружение в реку не привело в чувство, а только сильнее оглушило. Помню, как бурным течением холодные воды сносили меня к тёмному лесу, который люди, двуликие и маги обходят по большому радиусу, лишь бы не ступить на землю, кишащую умертвиями.
Как и избегают чёрную безжизненную территорию от Трезубца до чащи, в которой я теперь лежу на спине, пытаясь отдышаться. Чтобы снова рвануть из леса, навевающего дикий страх.
В холодных водах, выдохнувшись от борьбы за каждый глоток воздуха, я потеряла сознание на некоторое время.
