– Я – менталист, и по вашим законам имею право на магиню жизни. И я готов за нее бороться. Или ваш Хейд не уверен в себе и боится опытного соперника?
– Значит, дуэль, – спустя несколько долгих секунд недовольно произнес старейшина. Действия лорда Вестона явно шли вразрез с планами старика, но и уронить авторитет, как свой, так и молодого соплеменника, перед толпой он не мог. – Магический бой до первой крови по моему сигналу. Противники, прошу к барьеру! – лорд-канцлер и Хейд встали друг напротив друга на расстоянии примерно десяти шагов, а старейшина скомандовал: – Помните, что честь велит вам начинать дуэль лишь после сигнала, который будет состоять в том, что я три раза ударю в ладоши.
Предпринявший атаку преждевременно будет считаться проигравшим. Менталисты готовы? – светловолосый и лорд Вестон одновременно и решительно кивнули.
Они прожигали друг друга взглядами, а я молила силу, чтобы она сегодня оказалась на стороне лорд-канцлера. Вдруг раздался первый хлопок, отправивший меня в некое подобие оцепенения.
Казалось, все вокруг перестало существовать: исчез шум толпы, растворились чужие лица, только напряженный и предельно сосредоточенный лорд имел в тот момент значение. Второй хлопок заставил вздрогнуть, а третий – пустил сердце вскачь. Я изо всех сил всматривалась в то, что происходило на помосте, но дуэль менталистов – действо, абсолютно лишенное зрелищности. Лишь медальон лорд-канцлера вовсю сиял фиолетовым, являя свету то, что его владелец использует магию.
Иногда противников потряхивало, они издавали сдавленные звуки, а я в любой момент готовилась спустить магию с поводка.
Причем самый мощный поток, на который только была способна, чтобы наверняка. Казалось, сам воздух был пропитан энергией, хотя ментальную я и не могла почувствовать. С каждым тяжелым ударом моего сердца лицо старейшины становилось все мрачнее, и в этом я углядела для нас хороший знак.
Но вот лорд-канцлер стиснул зубы, вытянул покрасневшую от напряжения шею, натянулись на ней тугие жилы, а блондин вдруг пошатнулся, рухнул на одно колено, и из его носа потекла бордовая струйка крови.
Все вокруг снова замерло, только на этот раз по-настоящему. Ахнула в неверии и замолчала толпа, погасла надежда в глазах старейшины, опустил напрягшиеся плечи лорд Вестон.
– Он будет биться за тебя не то что с королем, а с самой смертью, – восторженно брякнул в повисшей тишине Эдрик, и я отмерла.
– Дрейк! – посреди всего этого безумия взвизгнула я и толкнула чьи-то спины.
