Чётко понимаю, что стрелком с одинаковой вероятностью мог быть как Сабуров, так и Мураз. Когда Ратмир обнимал меня, я ощущала наплечную кобуру, вжимающуюся в мой бок."
"Замерла у автомобиля, смотря в сторону террасы. Того самого окна, у которого стояла не так давно. Ждала какого-то знака. Чтобы понять, что это не моя жизнь оборвалась сейчас там, вместе с Ратмиром. Как никогда отчётливо осознаю, что без него мне это существование не мило. Весь мир без него пресен и скучен.
Стою, щёки омываются слезами, и молюсь лишь об одном.
Чтобы это был кто угодно, только не мой мужчина. Плевать, Ясмина, Мураз, да хоть все гости разом сдохнут под этой крышей. Плевать на весь мир. Только он для меня важен.
Глава 67
Ратмир
Её слёзы, её постоянный плач, загнанный вид раздражали до такой степени, что хотелось наплевать на всё и вернуть оттуда, откуда забрал.
— Умоляю, господин Сабуров, умоляю вас, — обнимает мои ноги обеими руками, утыкаясь в них лицом. А я предпочитаю, когда женщины, стоя на коленях передо мной, иначе занимают свой рот, но никак не рыданиями.
Пытаюсь разлепить её пальцы и убрать с себя этот репей, но она вцепилась в меня мёртвой хваткой. — Если братья узнают — убьют. Не пощадят, не простят такого позора.
Тру переносицу, ощущая, как раскалывается голова.
— Тебя изнасиловали, — напоминаю ей её же слова, но отлично понимаю, что для Мураза это не оправдание. Хотя он сам не уследил, не защитил сестру, когда она находилась под его крышей.
После моих слов девушка ещё больше заходится в плаче. Захлёбывается слезами. Мне жаль её. Не знаю, честна ли она со мной или обманывает. А на самом деле просто влюбилась и не сумела устоять перед искушением. Но точно не мне её судить.
Совершаю очередную попытку убрать её пальцы со своих брюк. Вероятно, Ясмина устала. Измотанная, она подняла на меня свои красивые миндалевидные глаза со слипшимися ресницами. С удивлением обнаруживаю, что внутри ничего не ёкает от вида привлекательной девушки.
Серафима, будь ты неладна! Не женщина, а настоящая чума, заражающая собой всё вокруг. Стоило прикрыть веки, как видел её в этом чёртовом белом платье. С Юрасовым. И впервые в жизни ощутил, что значит, когда из тебя кишки наживую вытаскивают.
Отправила меня в нокдаун одним безымянным пальчиком, на котором сверкал огромный бриллиант. С обручального кольца.
Мысли попутались.
