— Семён так и держал выставленной перед собой руку с загнутыми четырьмя пальцами. Он смотрел рыбаку прямо в глаза. — За товаром твоим я буду в ответе лично. Портиться там нечему, полежит чутка. Тебе же всяко рублем не ударит, потому как вернешься — все продашь, как раз разрешение от Иоанна Васильевича получим. Дело?"
"Митька почувствовал, как внутри все сначала похолодело, а затем и рухнуло. Как же ловко все обыграл новгородский купец, совершенно незаметно сломав стройный план рыбачка, который тот считал едва ли не идеальным.
А ведь Митька рассчитывал, что еще чуть-чуть поторгуется, что сбросит цену, причем он готов был уступить куда ниже названной первоначальной цены. Но после сказанных Семёном слов любой торг становился неуместным. Слишком весомы были доводы старосты Ивановского сто.
При этом было понятно, что Семён лукавит, называя себя государевым человеком, чтущим и исполняющим закон. Это купец-то, привыкший к новгородским вольностям, которые власти не могли изжить до сих пор. Ну уж нет, Митька в жизни не поверит, сколько бы Семён пальцы ни загибал.
Здесь было нечто другое. И ни о каком доверии не шла речь…
— Да и с чем ты сейчас к Царице своей поедешь? — вырвал Митьку из размышлений Семён. — Договоренностей у нас с тобой нет. Ну нет у меня полномочий от имени Царя-батюшки разговор вести и разрешение на торг на земле русской давать. А мы именно за тем, чтобы это разрешение получить, в Москву посыльного отправили. И не кого-нибудь, а Федотку послали, товарища моего, поэтому проблем с выдачей разрешения не будет.
Он кого угодно заболтает, и у Царя бывал. — Семён подтвердил догадку Митьки о личности делегата, отправленного к Царю. — К тому же накануне в Кремль приезжал купчий из твоей экспедиции, и неизвестно, как разговор Иоанна Васильевича и Ченслора прошел. Власть в Англии сменилась, самое время договоренности новые заключать. Быть Ченслору главным английским купцом на Руси, если покажет лучший, чем ты, результат. А ты ведь не захочешь ехать к Марии с пустыми руками?
Митька поежился, Семён ловко загнал его в тупик, не отвертеться.
Купец объяснил для себя уныние собеседника как сожаление о возможной потере капитаном статуса.
— Ладно, будет, чего мы все о плохом заладили? Хорошие новости у меня тоже есть.
— Какие? — не вытерпел Митька.
— Федот воротится со дня на день с ответом, — умиротворяюще сказал купец — К тому же отнюдь не Ченслор, а ты являешься послом Англии на Руси, по крайней мере пока.
