Щелкнула зажигалка. Дима попытался оторвать фильтр у сигареты, но одной рукой не сумел, пришлось курить так. Бульдозеристу казалось, что вместо дыма он глотает чистый воздух. Лишь последние затяжки стали ощущаться.
– Я еще одну выкурю, – сказал Попов, – а то до отбоя вряд ли второй раз выберемся.
– А ты в порядке? Твердо на ногах стоишь?"
"– Нормально, как видишь. – И Дима даже один раз невысоко подпрыгнул.
– Тогда я пойду. С бабой одной из соседней палаты познакомился. У нас роман намечается. Так что если сам доберешься, то оставайся.
– И сосед по койке торопливо зашагал к больничному крыльцу.
Попов достал сигарету, полез в карман; зажигалка непривычно ощущалась в левой руке и никак не хотела срабатывать.
Из-за кустов к Диме шагнул какой-то здоровяк.
– С одной рукой плохо получается? – участливо спросил он и щелкнул зажигалкой.
Огонек высветил в темноте лицо благодетеля. Попов замер и даже приоткрыл рот. Сигарета выпала на асфальт. Он узнал одного из тех двоих, кто избивал его арматурой в горящем поселке.
– Вижу, что узнал, – тихо проговорил Енот. – Думал, мы тебя в покое оставим? Не надо было в прокуратуру ездить, лежал бы себе в больничке. А так придется с нами проехать.
Напротив Димы, скрипнув тормозами, остановилась красная «БМВ». Барсук выскочил из-за руля, сноровисто распахнул багажник.
– Курточку-то сюда дай. Жарковато сегодня вечером. – Енот вырвал из рук Попова спортивную куртку с мобильником в кармане.
Дмитрий и опомниться не успел, как его бросили в багажник и тут же закрыли крышку.
Только тогда он спохватился, закричал, стал колотить здоровой рукой. Но вскоре в салоне уже громыхнула музыка, и автомобиль покатил опустевшими вечерними улицами.
Соседи по палате насторожились ближе к отбою. Прошло уже полчаса, как Попов вышел на улицу и не вернулся. Ему звонили, в трубке звучали гудки, но никто не отвечал.
– Глянуть надо. Может, поплохело ему? – предположил мужчина с загипсованным предплечьем. – Ляснется еще головой на бетон. Может, он плохо анестезию переносит.
Вызвался еще один доброволец. Пациенты вдвоем вышли из больницы.
– Не видно его что-то. Ты еще раз набери.
Вдвоем кое-как натыкали клавиши, сверяясь с номером, написанным на бумажке. Зазвенело совсем близко – за невысокими аккуратно подстриженными кустами.
– Херня какая-то. Под них свалился?
Пациенты вышли к низкой самодельной лавочке. На ней лежала куртка Попова, в кармане надрывался мобильник. А рядом стояла пустая бутылка из-под водки и два пластиковых стакана.
