Вмешательство Верховной в ее разум походило на насилие, голову словно пронзили раскаленным клинком.
Верховная рассматривала ее, прищурившись.
– Почему ты не рассказала о ребенке Амарии?
– Я не успела.
– Ложь.
На этот раз судорога была чрезвычайно болезненной. Настолько, что Хести упала на колени, не в силах совладать с болью. Ей показалось, что ее конечности выкручивают из суставов.
– Почему ты хотела это скрыть? – мягко спросила Верховная. – Все, что знаешь ты, должны знать твои сестры.
– Я поняла… – прохрипела Хести, силясь встать.
– Ты ощутила волнение магии в последние дни? – вдруг спросила Верховная, отрывая взгляд от Хести и переводя его на Амарию.
– Да, – прошелестела наставница.
– Генералы вот-вот будут здесь.
Боль понемногу утихала, и Хести сумела подняться с колен. Волнение магии ощущала и она: ее сила стала переменчивой и неконтролируемой.
– Г-генералы? – решилась спросить она, старательно отводя взгляд от Верховной.
– Не робей в присутствии сестер! – приказала Амария.
Хотелось бы Хести не робеть, но нечасто перед ней оказывалась сама Верховная жрица! От боли и почти суеверного ужаса у нее зуб на зуб не попадал.
– Когда это случится? – Хести облизала пересохшие губы.
– Крови пролилось достаточно, дитя. – Верховная взяла ее за подбородок и заглянула в глаза. – Столп проклюнется со дня на день, так я чувствую."
"– Так скоро! – удивленно воскликнула Амария.
– Вы не чувствуете? Я покажу.
Взявшись за руки, они образовали Круг. Хести ощутила силу, исходящую от Верховной, и трепет, источником которого была Амария.
Даже она робела, волны ее силы дрожали в такт биению сердца.
Потоки магической силы слились, перед жрицами появился голубой вихрь. Легкий ветерок трепал волосы Хести, она чувствовала запахи земли и пожухшей листвы. Сперва ей стало хорошо, будто она вернулась домой, в земли Дома Убывающих Лун. Но спустя мгновение в видение вмешалось что-то иное, что-то большое и угрожающее. Оно зрело, словно семя, в потемневшей от крови земле, пульсировало и медленно поднималось, взрывая над собой почву.
Пульсация напоминала биение исполинского сердца. Хести сковал ужас, она вцепилась в руку Верховной, позабыв обо всех правилах приличия. Это нечто прорывалось в Упорядоченное из самой Фаты.
– Чувствуете? – свистящим шепотом спросила Верховная.
– Да, – выдохнула Амария.
Хести не хотела чувствовать. То, что она ощутила, не могло быть благословением: от Столпа исходила явная угроза.
