Чего только она с Арацельсом не делала… Лупила его неизвестно откуда взявшимися молниями, протыкала железными прутьями, сотканными из воздуха, не забывая при этом следить, чтобы не были задеты жизненно важные органы, так как на их регенерацию, по ее словам, ушло бы слишком много времени. Лу швыряла в изменившегося мужчину пылью, душила его каким-то вязким туманом, от багряного цвета которого даже у меня, стороннего наблюдателя, возникали жуткие ассоциации. А это синеокое чудовище все импровизировало, заставляя тестируемый объект выживать вопреки ловушкам, атакам и прочим бесчестным пакостям.
Перевертыш просто не давала Хранителю никакого выбора, продолжая выматывать физически и морально. Но, к чести блондина, следует отметить, что пару раз он все-таки зацепил эту тварь. Вот только следы от острых когтей, оставленные на ее теле, затягивались под громкий хохот демоницы с такой же быстротой, с какой вырастали из-под земли колья и появлялись зыбучие пески посреди небольшой, казалось бы, площадки. Аттракцион ужасов для одного зрителя, которым, к несчастью, оказалась я.
О разводе с таким мужем больше говорить не хотелось, а вот желание его угрохать, которым горел Арацельс, я теперь разделяла целиком и полностью. Да только куда нам на территории Высшего с ним тягаться? Он же нас одной левой… и на лопатки. Причем всех. Штабелями. А потом еще и поржет вдоволь, расхаживая между побежденными."
"Закончился этот кошмар весьма неожиданно. Пошвыряв напоследок Арацельса, словно мешок с мукой, от одной прозрачной стены к другой, демоница заперла его в ловушку, подобную тем, в которых находились другие Хранители, и собралась было передохнуть, как вдруг окружающий пленника воздух вспыхнул алым, и он, вопреки ожиданиям Лу, выскользнул из пространственно-временной западни.
Каким невероятным образом ему это удалось – ни демон, ни тем более я не поняли. Зато сколько было восторга на физиономии моего «супруга»… Он, то есть она даже в ладоши захлопала от восхищения, и впервые за период нашего знакомства мне довелось увидеть, как в ничего не выражающих глазах отразились настоящие эмоции.
Непостижимо!
И если демоном в этот момент хотелось любоваться, то на Арацельса было больно смотреть: мало того что трансформация жутковатая, так еще и кожа в области черных вен (в расслабленном состоянии они бледнели и становились слабо заметны) покрылась синяками и кровавыми потеками. Рухнув на землю, мужчина несколько секунд неподвижно лежал, после чего начал медленно подниматься.
