– Вы уверены?
Иван удивлённо посмотрел на собеседника.
Тот сморщился, положил твёрдую руку ему на плечо.
– Прошу прощения, дружище, я не сомневаюсь в твоих словах. Но они резко меняют статус программы действий. Здешний Вестник тоже из числа опасных?
Иван помялся.
– Мы детально не обсуждали планы других Вестников, однако намёк на агрессивность Вестника Нимфы прозвучал. Я потихоньку раскладываю запасы полученной информации по полочкам и вспомнил кое-какие нюансы встречи.
– А толкиновский Вестник не говорил, каким оружием обладают другие вселенолёты?
– Нет.
– Ну, хотя бы каким оружием была уничтожена цивилизация Нимфы?
Иван наморщил лоб, порозовел под острым взглядом полковника.
– Н-нет… хотя… что-то кружится на дне памяти…
Вересов снял гранитную глыбу руки с плеча оператора.
– Попытайтесь активировать память. С виду Нимфа ничуть не пострадала, не видно никаких плавающих по океану обломков сооружений, в глубинах океана не обнаружено развалин, радиация в норме, тайфуны не рождаются, тишь да гладь, да божья благодать.
Но ведь какой-то фактор убил жизнь на планете? Жду известий.
Вересов вышел.
Иван сел на лежак, размышляя. Только теперь он осознал степень ответственности, лежащей на плечах начальника экспедиции, и всю серьёзность ситуации. Они, конечно, рисковали, все до единого, в том числе жизнью, но отвечал за них всех один Вересов.
Мягко мяукнул дверной автомат.
– Открой, – заторможенно сказал Иван.
Пластина двери убралась в косяк. В коридоре стояла Елизавета, держа в руках два пластиковых стаканчика.
Точёная фигурка, прелести которой подчёркивал обтягивающий тело серебристый уник, водопад золотых волос, смеющиеся карие глаза, ямочки на щеках, полные губы, раскрытые в полуулыбке.
– А я вам космиано принесла, хотите?
Иван очнулся, вскочил.
– Конечно… я… спасибо! Проходите.
Эксперт экспедиции по ксенопсихологии вошла, протянула один горячий стаканчик.
Он взял, движением пальца вырастил из пола стул.
– Присаживайтесь.
– Я на минуту.
– Подумав, Елизавета всё-таки села, осмотрелась. – У вас пахнет хвоей.
– Люблю лесные запахи, – сказал Иван торопливо.
Она задержала взгляд на витейре: со скалы открывался великолепный вид на пойму реки и бесконечные лесные просторы.
– Красиво! Из Сети взяли?
– Нет, сам снимал. Это урман в Красноярском крае, река Лена.
– О-о! Вы отличный фотограф! Изумительный ракурс! Такое впечатление, будто пейзажу двести лет – не видно ни одного строения.
