Ими либо кормились, либо использовали для создания новых Вознесшихся. Я скривила губы и покачала головой.
– Боги. – Я с усилием сглотнула, а Кастил сжал мою руку. – Давно ли Вознесшиеся поступают так?
– Так давно, как существуют, – ответил король, и я вздрогнула. – Они совершали чудовищные преступления против атлантианцев, смертных и богов.
Ничего из сказанного им не было преувеличением.
– Но дело в том, – продолжал его отец, положив локоть на кресло, – что даже дети божеств и атлантианцев не имели таких сильных способностей, какие есть у тебя.
На то, что ты сделала в Покоях, не способны даже самые сильные первичные атлантианцы. – Он провел пальцем по подбородку, переводя взгляд с Кастила на меня. – Ты спрашивала меня в храме Сэйона, могу ли я объяснить, что с тобой произошло, когда Кастил тебя вознес.
– И ты сказал, что не знаешь, – вставил Кастил.
– Это была не совсем ложь. – Он взглянул на жену и опять повернулся к сыну. – Прошлое, о котором говорила твоя мать, играет определенную роль в том, кем она стала.
Но не объясняет всего.
Моего затылка коснулись ледяные пальцы тревоги, и по спине пробежала дрожь.
– А твои родители? – спросила мать Кастила, слегка подавшись вперед. – Ты полагаешь, оба были смертными?
– Да. – Мои плечи напряглись. – Но теперь не уверена. Даже не знаю, были ли они мне родными.
Она сглотнула.
– И у тебя есть брат?
Аластир хорошо их проинформировал.
– Да. Он на два года старше меня.
– И он вознесся?
Я скованно кивнула. Она сцепила руки на коленях.
– Ты в этом уверена?
– Его видят только по ночам, – подтвердил Кастил.
– Помимо этого других способов узнать нет. Но его видели много раз. Не думаю, что его держат ради крови – так, как намеревались использовать Пенеллаф.
Я знала, о чем думали его родители. Либо у нас с Йеном один общий родитель либо он вообще мне не родной. Если и так, мне безразлично. Он все равно мой брат. Как и родители, отдавшие жизни, чтобы нас защитить, всегда будут единственными мамой и папой, которых я знала.
– Полагаю, мы можем ответить на некоторые твои вопросы, – объявила мать Кастила, быстро переглянувшись с мужем.
Кастил стиснул мою руку, а я произнесла:
– Аластир говорил, что такие же способности, что и у меня, были у…
– Малека? – перебила королева Элоана, и ее печаль заполнила комнату. – Да. Такие же. Он говорил правду."
"Я резко вдохнула, удивленная, что это меня так потрясло. Видимо, в глубине души я не хотела в это верить. Я откинулась назад и попыталась вырвать руку у Кастила.
