Ей в тело вогнали гвозди с шипами. Разложили на земле. Вначале она кричала на них, требуя отпустить, потом умоляла. Все впустую. Они уже приготовили длинные железные гвозди. И молоток.
Три гвоздя.
Три удара молотком, сопровождаемые отчаянными криками и чудовищной болью.
Она затряслась. Это было столь же отвратительно, как мольбы к палачам. Тело выло от боли. Гвозди, вбитые в живот, держали крепко.
Над ней появилось бледное, обаятельное лицо, загородив красно-желтый узор листьев. Бесстрастное. Бесчувственное.
– Насколько понимаю, Морригана, ты не хочешь здесь жить.
Она бы предпочла здесь умереть, истечь кровью. Умереть и вернуться в другом обличье – жестоком и коварном, – чтобы изорвать их всех на куски.
Должно быть, Эрис прочитал это в ее глазах. Легкая улыбка тронула его губы.
– Я так и думал.
Эрис выпрямился, повернулся. Она сжала пальцы в кулаки, ощущая под ними листья и жирный суглинок.
Жаль, что она не умела выращивать когти, как Риз. Сейчас она бы вцепилась в эту длинную шею. Но когти – не ее дар.
Ее дар… стал причиной того, что она оказалась здесь. Пригвожденная. Истекающая кровью.
Эрис отошел.
– Не можем же мы оставить ее здесь… – угрюмо произнес кто-то из дозорных.
– Можем и оставим, – равнодушно возразил Эрис, лицо которого не дрогнуло. – Она предпочла запятнать себя позором, отчего семья и вышвырнула ее, как мусор. Я уже довел до их сведения мое решение.
Он замолчал, и пауза была мучительнее слов.
– Не в моих привычках совокупляться с иллирианскими объедками.
Она не смогла удержать слез. Горячие, жгучие, они текли против ее воли.
Сейчас Эрис уведет дозорных, бросив ее одну. Одну. Друзья не знали, куда она отправилась. И она тоже не знала, где оказалась.
– Негоже так… – не унимался совестливый дозорный.
– Пошли отсюда.
Больше никто не посмел возражать Эрису.
Шаги удалялись и вскоре смолкли. Вернулась тишина.
Все так же солнце светило сквозь листву, превращая ее в гроздья драгоценных камней.
Все так же из-под гвоздей сочилась кровь, под ногтями чернела набившаяся земля, а малейшая попытка шевельнуться вызывала жуткую боль.
Боль…
Фейра слегка тронула ее за руку, вытащив с залитой кровью полянки на границе Двора осени.
Мор с благодарностью посмотрела на верховную правительницу. Фейра дипломатично не заметила ее взгляда, вновь сосредоточившись на разговоре."
"Фейра быстрее и легче, чем она, освоилась с ролью правительницы жуткого города. Для визита сюда Фейра выбрала сверкающее черное платье.
