От его слов исходила темная сила, наполнявшая тронный зал и недра горы."
"– Мы явились традиционно поздравить тебя и твое… окружение с Днем зимнего солнцестояния и пожелать всех благ. Но, как вижу, у тебя сегодня гости.
Сведения Аза, как всегда, оказались точными. Мор узнала о предстоящем визите Эриса утром. Она сидела в библиотеке Дома ветра и читала книгу об обычаях Двора зимы, когда заглянул Аз и сообщил новость. Каким образом он узнал? Мор давно убедилась: вопросы главному шпиону Риза задавать бесполезно. Все равно не ответит.
Но Эрис действительно был здесь и стоял рядом с Кейром… Мор заставила себя посмотреть на него. Заглянуть в янтарные глаза.
Глаза Эриса были холоднее любого коридора в замке Каллиаса. За пятьсот лет, прошедших с их первой встречи, глаза старшего сына Берона ничуть не изменились.
Эрис приложил руку к сердцу. Точнее, к камзолу свинцового цвета. Посмотришь – воплощение учтивости Двора осени.
– Я счел уместным лично поздравить Кейра.
Этот голос. Мелодичный, пронизанный высокомерием и надменностью.
И в голосе Эриса за пятьсот лет ничего не изменилось. Все те же интонации…
Теплый неяркий солнечный свет, льющийся сквозь листву, отчего листья похожи на гроздья рубинов и топазов. Листья на земле, где она лежала. Коренья, впивающиеся в спину. Влажный запах перегноя. Ее оставили здесь умирать.
У нее болело все тело. Каждый уголок. Она не могла пошевелиться. Оставалось лишь наблюдать сквозь густую листву за движением солнца и слушать ветер, шелестящий меж серебристых стволов.
Каждый хриплый сбивчивый вдох отзывался жгучей болью…
К шуму ветра примешался хруст листьев под легкими, но уверенными шагами. Она насчитала шесть пар ног. Пограничный дозор. Помощь. Ей помогут.
Кто-то из дозорных выругался. Потом умолк.
Снова послышались шаги. На этот раз одиночные. Она не могла повернуть голову и посмотреть – это вызвало бы нестерпимую боль. Ее дыхание напоминало всхлипывания, но дышать по-другому она не могла.
– Не трогайте ее.
Шаги стихли.
Это не было предостережением, попыткой ее защитить.
Голос она узнала сразу же. Еще раньше она сжималась от ужаса, боясь услышать его голос.
Он не спеша приближался. Листья, мох и корни передавали каждый его шаг. Казалось, земля вздрагивала под его сапогами.
– Не сметь к ней прикасаться, – велел Эрис. – Если мы дотронемся до нее хотя бы пальцем, вся ответственность падет на нас.
Холодные, бесчувственные слова.
– Но ее… пригвоздили.
– Повторяю: не сметь к ней прикасаться.
Пригвоздили.
