Подтянув колени к груди, она смотрела в сумрак.
А вокруг по-прежнему бушевала тишина, отдаваясь эхом. И Неста по-прежнему ничего не чувствовала.
Глава 22
Фейра
Часы показывали четвертый час утра. Празднество угасало. Вернувшийся Кассиан был тих и задумчив. Перед тем как подняться к себе, он подошел к винному шкафу, налил бокал того самого янтарного напитка и залпом выпил. Мор поднялась вслед за ним, и в ее глазах я уловила тревогу.
В гостиной остались лишь Азриель с Элайной. Сестра рассказывала о своих замыслах: расширить сад за домом; особенно теперь, когда мы подарили ей семена и набор садовых инструментов.
Не знаю, насколько все это интересовало Аза, но я мысленно поблагодарила его за доброту. Потом и мы с Ризом поднялись в спальню.
Я хотела снять бриллиантовые браслеты, однако пальцы Риза обхватили мои запястья.
– Не торопись, – тихо сказал он.
Я удивленно посмотрела на него. Он лишь улыбнулся, добавив:
– Держись.
Вокруг стало темно. Меня обдало ветром. Я ухватилась за Риза и…"
"Мы очутились там, где горели свечи, трещал огонь в очаге, а со стен на меня смотрели знакомые рисунки…
– Хижина?
Должно быть, Риз что-то сделал с ограждающими заклинаниями.
До сих пор переброс внутрь был невозможен.
Улыбаясь, Риз вразвалочку подошел к дивану у очага и сел, накрыв крыльями пол:
– Любовь моя, нам не мешает отдохнуть в тишине и покое.
В его звездчатых глазах читалось обещание отнюдь не тихих радостей.
Я села на изогнутую боковую спинку дивана. В фэйском свете мое платье переливалось, как река под луной.
– Ты сегодня бесподобно выглядела, – хрипловатым, чувственным голосом добавил он.
Я погладила сверкающую ткань платья:
– Ты это говоришь каждую ночь.
– Я говорю правду.
– Льстец! – бросила я ему и вспыхнула.
Он склонил голову.
– Наверное, верховным правительницам положено каждый день надевать новое платье, но я привязалась к этому, – созналась я.
– Я рад, – ответил Риз, поглаживая мое бедро.
– Ты никогда не рассказывал, где тебе удалось найти это платье и все остальные из числа моих любимых.
– Неужели ты до сих пор не догадалась? – удивился он.
Я покачала головой.
Риз молча разглядывал ткань платья, потом сказал:
– Их шила моя мать.
Я замерла.
– В военном лагере, где мама родилась и выросла, она была швеей, – продолжал Риз, печально глядя на материнский шедевр. – Иных ее подруг чуть ли не из-под палки заставляли шить. Мать это делала охотно, потому что любила шить. И после замужества она продолжала заниматься любимым делом.
