Френтис увидел пару офицеров: коренастого здоровяка с горном, судя по доспехам сержанта-ветерана, и тонкого парня в шлеме с гребнем младшего офицера.
— Стоять! — подняв меч, скомандовал Френтис пехотинцам, собирающимся для новой атаки.
Все были пьяны от ярости, каждое перемазанное сажей лицо дышало отчаянной жаждой боя, с оружия капала кровь. Люди дрожали от возбуждения и предвкушения убийств.
— Брат, мы можем совладать с ними! — грубо выкрикнула женщина на языке Королевства.
В одной руке она сжимала меч, в другой — кинжал.
Оба клинка были красными от крови. Френтис не сразу распознал в чернолицей фурии Лиссель, свечного мастера из Рансмилля.
— Госпожа, вы уже достаточно поработали сегодня, — сказал ей Френтис. — На гребне стоят сестра Иллиан и Плетельщик. Пожалуйста, позовите их сюда.
Про себя он добавил: «Нам следует возместить потери».
Он обошел выстроившихся почти идеальным кругом варитаев, всмотрелся в рассеивающийся дым, чтобы определить ситуацию на левом фланге. Вольные мечники разбегались во все стороны, гарисаи продвигались в строю во главе с Ивельдой и Лекраном.
Френтис поднял руку, чтобы остановить их, затем повернулся и быстро пересчитал варитаев. Хм, три сотни. Вдвое больше, чем осталось в армии Френтиса.
Подошла Иллиан с арбалетом в руке. Из прикрытой повязкой раны на лбу, у самых корней волос, еще сочилась кровь.
— Куритай, — заметив взгляд Френтиса, сказала Иллиан и пожала плечами.
Он кивнул, посмотрел на варитаев и скомандовал:
— Ждать приказа!
Затем Френтис, не спуская глаз с воларских командиров, подошел ближе к строю варитаев.
Коренастый сержант бесстрашно посмотрел врагу в глаза. Завидная отвага. Младший офицер рядом с сержантом, похоже, подобной отвагой не отличался и не пылал жаждой драки до последнего. Он был бледней мела и рыскал взглядом по окружившим его противникам.
— Вы остались одни! — крикнул Френтис. — Ваши офицеры погибли либо бегут в Новую Кетию. Если хотите присоединиться к бегущим, прикажите своим людям сложить оружие.
Лицо сержанта перекосилось в гримасе отвращения, он сплюнул и с тяжелым презрением выговорил:
— Раб.
Выпущенный Иллиан болт ударил в нагрудник под левой ключицей. На таком расстоянии стрела с легкостью пробила доспех и кость и вонзилась в сердце.
— Почтенный гражданин, а вы? — спросил Френтис.
Молодой офицер не мог оторвать взгляда от павшего сержанта, по щекам катились слезы. Офицер сейчас походил на ребенка, окруженного злыми опасными незнакомцами.
