Она понимала, что, может быть, и странно так думать, но, по ее мнению, их вояж закончился еще вчера, вместе с нежелательным напоминанием о деньгах, от которых она так зависела. Она вернулась по своей собственной воле, никакой другой причины, кроме того, что она хотела быть с ним, а он с ней, не существовало.
Но отведенные им часы подходили к концу. Скоро все это закончится и перейдет в стадию драгоценных воспоминаний.
Конечно, Роуз хотела бы, чтобы все было иначе, но каким бы сильным ни было ее желание, она знала, что больше не увидит его, как только они покинут этот дом.
Джеймс проник в ее сердце, завоевал душу. Но могла ли она жалеть об этом? Конечно, нет. Если какой-то мужчина и заслуживал любви, то это Джеймс. Как только она вернется в Лондон, то заявит мадам, что в дальнейшем не расположена отвечать на любые требования с его стороны. Если он появится у Рубикон в следующем месяце с намерением провести вечер с Роуз, ему будет отказано в этой просьбе.
Мера радикальная, но необходимая.
Мысль видеть его казалась более невыносимой, чем не видеть никогда.
Она скорее раскроет объятия незнакомцу, чем ему. Быть с ним в заведении мадам — значит, испортить воспоминания о времени, которое они провели в Хани-Хаусе. И напомнить ему, кто она такая. И принять его деньги… Роуз вздрогнула. Она просто не сможет сделать это снова. Не сможет вложить свою руку в его протянутую ладонь, зная, что он платит за такое простое удовольствие. Никакие деньги не заставят ее сделать это.
Вздохнув с горечью обреченного на казнь, Роуз набросила шаль на плечи.
Неужели уже завтра? Она хотела оттянуть этот момент, а лучше продлить его до бесконечности. И в этот последний день не спускать глаз с Джеймса. Чувствовать его губы на своих губах, ловить его обожающие взгляды. В последний день он не доложен отпускать ее ни на шаг.
Ее сердце заходилось от боли, требуя, чтобы она что-то сделала, приняла любые условия, лишь бы остаться с ним. Но ничего не происходило. Никаких решений не находилось.
Это чувство было хорошо знакомо ей: она принадлежала ему, но он не принадлежал ей.
И никогда не будет принадлежать.
Стук двери вывел ее из размышлений. Закрыв глаза, Роуз прислушалась к звуку его шагов, звук становился все ближе. Она уже изучила его походку, и для этого ей не надо было открывать глаза.
Его тень накрыла ее, заслоняя собой солнечные лучи.
— Наслаждаешься покоем?
Роуз откинула голову, встретила его взгляд и заставила себя улыбнуться:
— Да.
