Про предстоящий суд писали все СМИ и телеграм-каналы, судебное заседание ввиду огромного общественного интереса было открытым, и уже с семи утра к зданию суда начали подтягиваться журналисты с камерами, репортеры с микрофонами и просто зеваки. Я, приехав на работу к девяти, проходила к дверям сквозь плотную людскую толпу. Неприятное ощущение, надо сказать. В общем, Машке я не завидовала.
Заседание назначили на десять. За пятнадцать минут до этого я услышала на улице возрастающий гул толпы и подошла к окну.
Ну да, Плиновская приехала. Вот все и беснуются. К зданию суда подсудимая подъехала на черном «Майбахе». Я улыбнулась. Все-таки эпатаж был свойственен королеве инфоцыган даже в такой непростой для нее ситуации.
Я уже слышала о том, что главная врагиня Плиновской, та самая Людмила Соболева, которая и стала основным источником неприятностей, зверски убита своим сожителем, с которым, по слухам, когда-то встречалась и сама Кира. Сашка рассказывала, что десять лет назад этот же человек напал и на Плиновскую тоже, в результате чего она потеряла ребенка, а он получил тюремный срок.
Что ж, не исправился, значит.
Из остановившегося «Майбаха» вышла Плиновская, а также ее муж, бизнесмен Денис Кривицкий, и женщина-адвокат Наталья Угольникова. В судебных заседаниях мы с ней никогда не пересекались, но об Угольниковой я была достаточно наслышана. Адвокатом она считалась жестким и дела проигрывала редко. Я еще раз подумала, что совсем не завидую Машке.
Вот уж попала моя подруга, спасибо Плевакину.
В отличие от автомобиля, образ для присутствия в суде Плиновская выбрала довольно сдержанный, я бы даже сказала, лаконичный. Черный плащ с объемным капюшоном на голове, частично закрывающий лицо, черные очки, прячущие глаза, но слегка неуместные, поскольку день сегодня был облачным и дождливым, а потому небо над Москвой с утра затянули серые тучи.
– Елена Сергеевна, пойдете смотреть? – спросил у меня Дима.
– У нас с вами сегодня в первой половине дня заседаний нет, так что можно.
– Что? – не поняла я. – А, Дима, вы что, хотите присутствовать на суде над Плиновской?
– Да, я бы хотел, – немного смущенно признался мой помощник. – Вы не подумайте, что я ее поклонник, просто это очень необычный процесс, мне бы хотелось увидеть все своими глазами. Из профессионального интереса, разумеется.
– Да идите, ради бога, – пожала плечами я. – Мне не жалко.
