Однако, она, ласкаясь к Демьену, раскрывала ноги, обнимала его — и вскрикивала, каждый раз вскрикивала, невероятно широко раскрывая темные глаза, когда он нетерпеливо и жадно проникал в ее тело.
За окном пела печальным голосом вьюга, швыряя в замерзшее оконце снег, а в домике качались по углам тени, рожденные золотым светом свечей.
— Люби меня, мой Король, — шепчет девушка, и Демьен целует ее губы, проводит по ним языком, заставляя девушку стонать от его страстной ласки.
Ее горячие руки обнимают его, девушка, дрожа, прижимается к нему все плотнее, постанывая от его жадных поцелуев, и два тела, слитые воедино, неспешно двигались в золотом свете свечей. От горячего воздуха, напоенного ароматом трав, кружится голова, и казалось — они устроились на цветущем лугу, в самый разгар лета, под палящим солнцем. Под его ладонями волосы на виске у девушке становятся влажными, он приглаживает тонкие пряди, вслушиваясь в ее нежный голос, осторожно и ласково толкаясь в ее тело.
— Я люблю тебя, — отвечает он, заглушая ее стоны своим поцелуем. — Люблю, мое зимнее чудо…
Внезапный порыв холодного ветра, трогая тонкие лепестки пламени и расплетая их на дымные длинные ленты, налетает и касается его горячей влажной кожи, и от этого ледяного прикосновения Демьену становится не по себе. Корона, о которой он позабыл, тяжело давит на лоб, и он, отстранившись от девушки, с удивлением смотрит в ее затуманенные темные глаза.
Погоня, от которой он убежал, настигла его; темные тени заметались по углам, настойчиво шепча его имя, и Демьен с тоской понял, что еще миг — и он проснется, не насладившись всецело страстным свиданием."
"«Демьен, Демьен, — настойчиво зовет его голос Аргента, и Демьен чувствует, как его зимняя сказка гаснет, тухнет, становясь серой, блеклой. Тепло уходит, на плечи наваливается липкий обжигающий снег, и его Виолетта, его красивый золотой светлячок, рассыпав темные волосы, вмерзает в жесткий наст, превращаясь в ненастоящую восковую куклу.
— Ничего не забыл?»
«Забыл! — мелькнуло в голове Демьена. Корона все крепче стискивала лоб, вымораживала все мысли о наслаждении. — Имя забыл спросить!»
Девушка словно не замечала перемен, произошедших вокруг ни, не видела навалившейся темноты и черной вязи ветвей над их головами.
